- Я? А чем я помогу? Я уже давно не врач. Да ты кто такая? Ну? Чего замолчала? Ты меня слышишь?
Нет.
Мужчина подошёл, чтобы взять её за плечо и развернуть лицом к себе, а рука его прошла сквозь женщину.
- Да что это такое?
Пришёл высокий мужчина с длинной иглой в руке и, как заметил грешник, начал колоть ею в руку девушки, лежащей на кровати. Затем она стала серьёзнее, напряглась, и вдруг показался ребёнок, но пока что родился он не полностью, лишь голова его смогла явиться миру.
- Помогите…
Мученик совсем отчаялся. Из-за наблюдения за процессом деторождения его трясло, круглые стëклышки хотелось потрогать, чтоб испортить себе обзор, но очки оставались такими же чистыми.
- Давайте, милая! Почти родился малыш, - говорила девушка, чтобы успокоить будущую мать. – будет у вас чадо здоровое, крепкое, с добрым ангелом-хранителем.
И тут мужчину осенило…
- Я не буду ангелом-хранителем! Заткнись! Да обернитесь вы ко мне, бестолочи! Хоть один! Существо где? Сволочь крылатая! Я не буду! Не буду! И это ты считаешь испытанием? Ну, появись ты, скотина!
Его никто не слышал. Он задрожал, стал пятиться назад, а потом вдруг побежал. Мужчина увидел открытую дверь и рванул туда, не зная, куда бежит, и кто вообще сможет его увидеть и помочь бедняге. Он хотел поискать где-нибудь Существо и высказать ему своё отрицательное мнение об испытании.
Активничал совсем недолго. Вскоре мужчина резко остановился, ведь понял, что телепортировался обратно в ту слишком яркую комнату, где было чрезвычайно много света. Он ещё раз захотел покричать.
- Да почему? Как это?
Побежал ещё раз, но стоило отойти от рожающей на десять метров, как его переносило обратно. Так было несколько раз, пока мужчина вновь не появился у стенки.
Он присел и от безысходности прижал к себе ноги и крепко обхватил руками. Страшно. Вдруг, мужчина стал скучать по уже привычному аду, где знал практически всё. Сейчас же пред ним было много нового, да жаль, неинтересного. Паника довела до предела.
Женщина закричала от боли. Мученик закричал от страха. Их коллективный крик был долгим и громким. Так орали во время пыток или очень долгой казни, при которой человек умирал долго и крайне мучительно. Не звучали так голоса даже при ампутациях, звуки напоминали именно пытки. А мученик понял – его испытание – как раз она, самая настоящая пытка. Существо принудило взять ответственность за чужую душу, плоть которой даже шагу не ступила ещё по миру.
Чрез мгновение закричал ещё один человек. Мужчина прислушался и постепенно успокоился, затем и роженица перестала. А третий человек по-прежнему кричал, но как-то иначе, особенно, по-детски...
- Дамочка, поздравляю! У вас девочка!
Она родила. Мученик пригляделся.
- Какая ещё девочка?
Мелочь по-прежнему кричала. Её положили на столик возле кровати и стали вытирать от слизи. Она всё ещё плакала, но, как заключил мученик исходя из некоторых знаний в области медицины, так нужно было, это правильно.
- Кроха моя! Девочка! Мне её дайте! Ну, - подала голос молодая мать. Она стала громко смеяться, но из глаз потекли слёзы.
Мученик встал и подошёл ближе. Помогающие во время родов специалисты достали откуда-то весы и дали их матери девочки.
Тот предмет являлся иконой, символом веры в бесполое Существо. Одна чаша была олицетворением грехов, другая – чудесных, великих дел. От того, какая перевешивала на момент смерти человека, зависело, куда попадёт душа: в рай или ад.
- Доченьке вашей здоровья! Верьте, Существо рядом с нами и посылает девочке счастья и много сил!
- Ну так если оно рядом, так может, объяснится, что от меня хочет? А, вы ж меня не слышите…
Девочка ещё кричала. Сил у неё и правда было много, она уже достаточно долго надрывалась. Все никак не могли её успокоить, что б не пробовали. Новорождённое тело положили матери на руки, только и данное, к сожалению, не спасло. Её мать начала волноваться.
- Девочка моя, что с тобой? Хватит плакать.
Мученик почему-то и сам начал волноваться. Ребёнку мешало неизвестное. Даже весы не помогали. Что-то следовало предпринять.