«Страшный сон, — с горечью подумал Тристан. — А он не смог помочь ей, утешить ее!»
Зато Грегори мог. Тристан почувствовал, что сейчас взорвется от ревности.
Он не мог смотреть, как Грегори обнимает ее и прижимает к себе.
Но не мог видеть Айви такой испуганной и несчастной. При одном взгляде на ее дрожащие плечи он начинал испытывать к Грегори уже не ревность, а благодарность, причем столь же сильную. Потом его снова охватывала ревность.
От этой мучительной борьбы чувств у Тристана снова потемнело в глазах, и он попятился назад, к полке, на которой стояли ангелы Айви. Элла с любопытством направилась за ним следом.
— Тебе приснилась авария? — спросил Филипп.
Айви кивнула, потом уронила голову и беспомощно пробежала руками по смятым простыням.
— Хочешь поговорить об этом? — спросил Грегори.
Айви хотела что-то сказать, но потом покачала головой и беспомощно повернула руку ладонью верх. Тристан увидел, что вся ее рука покрыта шрамами, похожими на следы молний. На миг тьма вновь обступила его, но он прогнал ее прочь.
— Я здесь, с тобой. Все хорошо, — сказал Грегори и стал терпеливо ждать.
— Я… я посмотрела на окно, — запинаясь, начала Айви. — Я увидела там высокую тень, но я не знаю, кто это был… или что. Я спросила: «Кто здесь?» Потом снова спросила…
Стоя в противоположном конце комнаты, Тристан молча смотрел на Айви, с каждым мгновением ее боль и страх все сильнее сжимали его сердце.
— Мне показалось, что это кто-то, кого я знаю, — продолжала Айви. — Да-да, эта тень показалась мне знакомой. Поэтому я подошла ближе… и еще ближе. Но я никак не могла разглядеть… — Она замолчала и затравленно обвела глазами комнату.
— Ты не могла разглядеть, — мягко напомнил ей Грегори.
— Там были другие отражения на стекле, поэтому было трудно разобрать. Я подошла ближе. И приблизила лицо почти к самому стеклу. И тут оно вдруг взорвалось! Тень превратилась в оленя. Он выскочил через окно и убежал.
Айви замолчала. Грегори взял ее за подбородок и, повернув к себе, заглянул в глаза.
Не выдержав, Тристан громко закричал из своего угла:
«Айви! Айви, посмотри на меня!»
Но она смотрела на Грегори, и губы ее мелко дрожали.
— На этом сон закончился? — спросил Грегори. Она кивнула.
Грегори нежно коснулся ее щеки тыльной стороной ладони.
Тристан хотел, чтобы она успокоилась, но…
— Ты помнишь что-нибудь еще? — спросил Грегори.
Айви покачала головой.
«Открой глаза, Айви! Посмотри на меня!» — крикнул Тристан.
Потом он заметил Филиппа, который смотрел на коллекцию ангелов — или на него, он точно не разобрал. Тристан провел рукой по статуэтке ангела воды. Если бы он только мог как-нибудь передать его Айви! Если бы он только мог подать ей какой-нибудь знак…
«Подойди ко мне, Филипп, — позвал он. — Подойди и возьми статуэтку. Отнеси ее Айви!»
Филипп, словно загипнотизированный, пошел к стеллажу. Дойдя до полок, он положил свою руку на руку Тристана.
— Смотри! — закричал Филипп. — Смотри, Айви!
— Куда? — устало спросила Айви.
— На своего ангела. Он светится!
— Не сейчас, Филипп, — сказал Грегори.
Филипп схватил ангела с полки и понес к кровати.
— Хочешь взять его с собой, Айви?
— Нет.
— Может быть, он прогонит все плохие сны? — не отставал мальчик.
— Это всего лишь статуэтка, — равнодушно ответила Айви.
— А мы с тобой помолимся, и настоящий ангел услышит наши молитвы!
— Нет никаких настоящих ангелов, Филипп! Неужели ты до сих пор не понял? Если бы они были, они спасли бы Тристана!
Филипп провел пальцем по статуэтке. Потом сдвинул брови и тихо, но упрямо, прошептал:
— Ангел света, ангел небесный, храни меня этой ночью, храни всех, кого я люблю.
«Скажи ей, что я здесь, Филипп, — умоляюще попросил Тристан. — Скажи ей, что я здесь!»
— Смотри, Айви! — закричал Филипп, указывая статуэткой туда, где стоял Тристан. — Они все светятся!
— Довольно, Филипп, — резко сказал Грегори. — Иди спать.
— Но…
— Сейчас же!
Когда Филипп проходил мимо него, Тристан вытянул руку, но мальчик больше не подошел. Он только посмотрел на него с удивлением, но без тени узнавания.
Что увидел Филипп? Может быть, то же, что увидела старушка в больнице: свет, мерцание, но никакой фигуры.
А потом Тристан почувствовал приближение тьмы. Он пытался сопротивляться. Он хотел остаться с Айви. Он не мог снова потерять ее. Он не мог оставить ее раньше, чем это сделает Грегори.