— Леонид Матвеич, миленький, Макс приехал, он у нас, спрячьте меня, я не хочу… Спрячьте!
Сначала Леонид Матвеич не мог понять, кто такой Макс и почему Ангел прячется от него под плед. Он просто молча смотрел на нее и сделал только одно — перестал отхлебывать из банки пиво.
— Что такое? Какой Макс? Что с тобой, моя девочка? Зачем ты сгоняешь старого дедушку с его ложа?
Ангел быстро напомнила ему историю, которую рассказала по приезде из Москвы.
— Ах вот в чем дело! — вскричал Леонид Матвеич. — Голубок прилетел за своей горлицей!
— Да что вы говорите, Леонид Матвеич, вы сильно выпили? — с досадой отозвалась Ангел, — какая горлица! Он ничего не знает, просто я, наверное, там кому-то понадобилась. А я не хочу… Не хочу, чтобы он знал!.. Не хочу его видеть!
— Но он-то знает, потому и приехал! — безапелляционно заявил Матвеич. — Ему рассказали твои девчонки и сказали, где ты. Женщины болтливы, ты что, не знаешь? Вот он и примчался, потому что захотел увидеть тебя, и никого другого. Иди-ка ты к нему, и все.
В его рассуждении была логика. Конечно, кто-то из девчонок не утерпел и рассказал ему, а он… Значит, может быть… То, что говорит Леонид Матвеич, — правда?..
— Мне правда идти? — переспросила его Ангел.
— Конечно, правда, — ответил Леонид Матвеич, — после мне все в подробностях расскажешь, как я был прав.
Да, к этому моменту Макс знал, что приехал не к милому парнишке Ангелу, а к девице-Ангелице, то есть юной девушке по имени Ангелина, которая так сорвалась из-за стола, потому что не хотела показаться ему в истинном облике.
Произошло это так. Мама Зоя Николаевна, видя, что дочь упрыгнула в своем драненьком халатике, пригласила молодого человека присесть и спросила, кого он ищет (она ни сном ни духом не могла предположить, что этот красавчик и богатый, сразу видно, приехал аж из Москвы к ее дочери)?
— Мне нужен Ангел, — пояснил Макс, проклиная себя за свой срыв, который приобретает комические черты.
— Ангел? — переспросила озабоченно Зоя Николаевна. — А, ну да, я ее Ангелом прозвала, и все так и зовут. Ангелина вам нужна, правильно? Имя ее настоящее — Ангелина.
Макс был крепкий мальчик, скажем так, очень крепкий, но тут он остолбенел и красные круги поплыли перед его глазами! Девчонки водили его за нос, выдавая Ангелину за парня! А зачем? А затем, чтобы нацепить его на крючок таким вот образом. Но что, бежать? Наплевать на эту простую семью, хлопнуть дверью? Не увидеть эту Ангел…ину? А ему захотелось посмотреть на нее в девичьем облике.
Поэтому он ответил:
— Да, конечно, Ангелину. Мы тоже звали ее Ангел… Я пойду, пусть она выйдет ко мне. Я буду у дома. У меня мало времени.
Это он сказал на всякий случай, если она не выйдет через полчаса самое большее или если она вдруг станет ему не симпатична в своем истинном виде.
— До свидания, — вежливо попрощался он и вышел, оставив удивленных родителей.
Даже папаня молчал. Вбежала Ангелина.
— Макс где? — крикнула она.
Папаня начал было хвалить ее за то, что она там их здорово надула, и он обалдел, этот Макс, и так ему и надо, поганцу!
Но матушка, всегда тихая, покорная молчунья, вдруг перебила его, обратившись к Ангелу:
— Быстро переоденься и выйди. Он тебя на улице ждет. У нас, сама видишь, не для таких молодых людей место, да и нет его, места-то.
Веря Леонид Матвеичу, Ангел надела все, что носила в Москве и что здесь как-то не привилось, и вышла на улицу.
Макс сидел боком на своем «Харли» и курил.
— Привет, — сказала она так, как сказал бы Ангел.
— Привет, — откликнулся Макс. И — молчание.
Ангела начало слегка потряхивать. Если Макс знал и примчался сюда, как сказал Матвеич, «за горлицей», то встреча явно не та. Слишком странный вид у Макса, и он как будто не собирается ей ничего такого особенного говорить. Ну что ж. Тогда и она поведет себя по-прежнему. Пусть думает, что она — трансвестит, в конце концов! Наплевать.
А Макс искоса рассматривал ее. Это явный Ангел, тот, с которым он сдружился в Москве! Зачем эти превращения? Или может быть… Тут он подумал о том, что она и предположила.