— Можешь петь это для меня в любое время.
— Давай посмотрим, нет ли по телевизору каких-нибудь рождественских программ, — рассмеялась она.
Включив телевизор, она переключала каналы, пока не попала на «Санта Клаус входит в город».
— Мне нравится это кино.
— Оно детское.
— А вот и нет, оно для семейного просмотра. Моя любимая песня «Put One foot in Front of the Other»
— Ты любишь музыку, — он уселся на диван, делая перерыв. Елка была почти готова к подключению. Иден настаивала, что они должны закончить наряжать ее, прежде чем зажечь огоньки.
— Ну да, — она села на диван рядом с ним, подтянув под себя ноги. — Мне нравятся песни о любви и романтике и, думаю, рождественские песни — на втором месте.
— Чем бы ты занималась, если бы была дома, а Маркуса не было в твоей жизни?
— Я бы проводила время с подругами и мечтала о том, каким должно быть настоящее рождество, но, честно говоря, я бы ничего не сделала, чтобы осуществить это. В последнее время я была скорее мечтателем, чем тем, кто добивается реализации своих желаний. Я была активной и инициативной в бизнесе, полагаю, я хотела, чтобы кто-нибудь другой добивался исполнения моих личных желаний. У меня был кризис.
— Это случается с каждым, — он встал и помог ей подняться. — Елка не украсится, если мы будем сидеть.
Еще час они занимались елкой, пока Иден не отступила, а Кори не подключил электричество.
— Кори, взгляни на это! Елка такая красивая!
Он повернулся и взглянул на нее. Огни отражались в глубине ее глаз. Драгоценный камень на запястье слабо светился.
— Красивая, — повторил он.
Глава 12
Иден растянулась в ванной, и, зевая, широко раскрывала рот, когда вошел Кори. Она была покрыта пеной и лениво двигала руками по воде.
— Хорошо себя чувствуешь?
— Ммм, это роскошно. Знаешь, у меня в ванной большая джакузи, но я не помню, когда в последний раз ее использовала. Она большая, даже больше, чем эта ванна, поэтому мы вместе могли бы там поместиться, и еще останется пространство для твоих крыльев.
Он наклонился и поцеловал ее.
— Ты пытаешься соблазнить меня посетить тебя?
— Может быть, немного, это работает?
— Думаю, что это возможно.
— Мне придется усерднее поработать над моими навыками соблазнения. — Он посмотрел на свой жесткий член и не согласился с ней.
— Угадай, что я собираюсь делать?
— Что?
— Поскольку в ванной ты, я собираюсь принять душ. Вся эта трудная работа по сборке елки, облет по воздуху, чтобы удостовериться, что украшения на правильной высоте, развешивание омелы по всему дому, совсем меня вымотало.
— Подожди-ка, у нас есть омела? Где она? — Она развернулась в ванной как раз вовремя, чтобы увидеть его задницу. Черт, он был прекрасен. Официальное заявление: она любила мужчину с крепкой задницей.
— Тебе придется подождать и посмотреть.
Он вошел в душ, и ее неторопливое отмокание было забыто, когда она наблюдала за каскадом воды стекающим по его телу. Тот, кто проектировал прозрачные стены для душа, был гением.
Со вздохом она вымылась и схватила приготовленное толстое полотенце. Может быть, она должна присоединиться к нему? Почувствовав, что ее нижняя губа пульсирует, она поняла, что кусает ее. Нет, лучше не стоит. Сожалея, она пошла в спальню.
Войдя в комнату, она увидела коробку для одежды, завернутую в золотую бумагу с красным бантом. Взяв карточку, она прочитала «Каждая женщина должна чувствовать себя женщиной».
Она открыла коробку дрожащими руками. Единственными людьми, которые дарили ей подарки, были ее родители, и однажды они заявили ей, что она стала слишком взрослой для подарков. Ей давали деньги и говорили, чтобы она выбрала то, что хочет. Подняв крышку, она издала негромкий крик благодарности. Это было прекрасно. Когда в первый день они ходили по магазинам, она увидела красивую ночную сорочку и халат темно-красного цвета. Когда они были в Victoria’s Secret, они привлекли ее; она хотела их, но в конце концов прошла мимо, не зная, что Кори обратил на это внимание.
Она быстро вытирала волосы и готовила свое тело, прежде чем надела сорочку. Когда Кори вышел из ванной и посмотрел на нее, свет в его глазах заставил ее вспыхнуть.
— Ты делаешь эту сорочку великолепной.
— Спасибо. — Она задохнулась. Он принес ей что-то, хотя знал, что она достаточно богата, чтобы купить все, что пожелает, но он хотел, чтобы это исходило от него.
Он подошел и взял ее на руки и отнес к кровати. Усадив ее, он положил руку на ее живот.
— Ложись. — Его голос сделал ее горячей и напряженной. Он держал ее горячей и напряженной весь день. Она считала минуты до момента, когда снова получит его в постели.
Она нетерпеливо откинулась назад и раздвинула ноги, и улыбка появилась на ее губах. Кори был всем, что она хотела получить на Рождество.
Он забрался на кровать, позволив упасть полотенцу, обвязанному вокруг его талии.
Его красота все еще поражала ее. Он был вылеплен из загорелой кожи и длинных гладких мышц, из-за чего ее сердце билось быстрее, а киска пульсировала. Если бы в нем была только его внешность, она могла бы уйти. Но в нем было гораздо больше. У его сердца была способность любить, заставлявшая ее изумленно таращить глаза. Он обращался с ней так, как будто она была самым особенным человеком, которого он когда-либо встречал.
Кори позволил ей перевернуть свою жизнь с ног на голову, от мелочей, таких как чистка кухни или холодильника до больших вещей, таких как установка елки и украшение. Он изменил свою жизнь, чтобы она ощутила себя желанным гостем, и она это ощутила. И не просто желанным гостем, она чувствовала, что она дома.
Он поцеловал ее, и его губы мягко шевелились, побуждая ее открыться. Она впустила его и застонала, когда его язык коснулся ее. Этот мужчина знал, как разбудить ее страсть простым поцелуем.
Он наполовину положил свое тело на нее, и она издала сладкий стон удовольствия. Ей нравилось чувствовать его вес на себе; это усиливало чувство защищенности, которое он пробуждал. Это также выпускало горячие мысли о нем над ней, глубоко погружающимся в ее тело.
На мгновение ей показалось, будто чего-то не хватает, но оно развеялось как плохой сон. Она стряхнула это ощущение и положила руки ему на плечи. Скользнув вниз, пока не оказалась напротив его груди, приподняла голову и обхватив его сосок, стала его посасывать и оттягивать.
Низкий стон вырвался из его горла, заставив ее мучиться от желания. Придерживая ее за шею, он перевернул их, чтоб она оказалась на нем. Так было еще удобнее. Она усмехнулась, прежде чем всосать другой сосок.
Ее пальцы были между ее ног, и она играла со своим клитором, в то время как ее рот делал его маленькие соски каменно-твердыми.
— Это моя работа, — его голос был хриплым от страсти, он отодвинул ее руку и заменил своей.
Он потер твердый член об ее ногу, заставляя ее хотеть немедленно оседлать его.
— Я хочу тебя.
— Ммм, — его стоны благодарности наполнили ее уши, заставляя ее потерять голову. — Я хочу попробовать тебя, Иден.
— Все по порядку, — сказала она, даже когда поднималась, опуская свою голодную киску на его толстый член.
Она раскачивалась вперед и назад, погрузив в себя головку его члена, но потом встретила его взгляд и опустилась на него, вогнав его член глубоко внутрь. Два крика удовольствия вырвались одновременно.
— Так приятно чувствовать тебя внутри. Думаю, я никогда не была такой наполненной.
— Будь осторожна Иден. Такие слова могут вскружить мне голову. — Он притянул ее к себе, заставив опустится на него.
Опираясь руками на его грудь, она поднималась и опускалась на его члене, По мере того, как удовольствие затапливало их, дыхание обоих становилось все тяжелее. Как я смогу отказаться от этого, подумала она, откидывая голову от наслаждения? Как я смогу отказаться от Кори?