Он вернулся в хижину и бодро сказал:
— Похоже, тот парень забыл о нас. Придется подождать здесь до утра, пока за нами приедут.
Тэсс испуганно посмотрела на него. Ей было страшно оставаться на ночь в ледяном доме, доверху засыпанном снегом, к тому же, она уже сильно промерзла.
— До утра мы здесь замерзнем, — растерянно произнесла она.
— Ну, что вы, Тэсс. Если они живут в таких домах, то одну ночь мы уж как-то переживем. Сейчас внимательно все осмотрим и решим, что можно использовать для ночлега.
Он взял маленькую плошку и подошел к топчану, чтобы рассмотреть сваленное на нем тряпье.
— Смотрите, две медвежьи шкуры. Сейчас мы погреем их над лампами, а потом укутаемся в них, — жизнерадостно предложил Арчи, критически осматривая свою находку.
Шкуры были старые и вытертые, одна довольно большая, а другая намного меньше. Конечно, для низкорослых интуитов они были огромными, но для почти двухметрового Арчи даже большая шкура оказалась недостаточной по размеру, чтобы укрыться ею. Да и Тэсс была довольно высокой, чтобы полностью завернуться во вторую шкуру.
Девушка с сомнением покачала головой.
— Они промерзли насквозь, нам их не нагреть. Мы замерзнем до утра, мистер Маклафлин, а если и переживем эту ночь, то замерзнем днем. Нас никогда не найдут в этом ледяном склепе.
Последние слова она еле выговорила, зубы выстукивали дробь от холода.
— Тэсс, — голос Арчи стал строгим и деловым. — Во-первых, я просил вас называть меня по имени. А во-вторых, у меня нет ни малейших сомнений в том, что как только рассветет и снегопад немного утихнет, нас сразу найдут. Главное продержаться до этого момента и не отморозить ноги или уши.
Он подтащил топчан на середину хижины, подальше от ледяных стен, и расставил вокруг него все пять больших ламп. Они постелили на топчан шкуру поменьше, а большей шкурой укрылись. Хоть она полностью и не спасала от холода, но все же немного удерживала тепло.
Девушка вся дрожала, ее модная шубка совсем не грела. Она вспомнила, как Стивен, одетый в щегольскую короткую дубленку, смеялся над братом, вырядившимся в длинный полушубок с мехом внутри и наружу, словно собрался в экспедицию на северный полюс, а не на получасовую прогулку на собачьей упряжке. Тэсс не понравилась такая насмешка брата над братом, хотя она тоже подумала, что ее бывший босс выглядит довольно неуклюже на фоне всех остальных, и это ее огорчило.
Но тот и ухом не повел на слова Стивена, не давая ему никакого отпора, что тоже расстроило Тэсс. Ее раздражало, что в присутствии брата Арчи становился бессловесным и несмелым. Она ведь знала, каким он может быть, в офисе не зря все боялись его холодного взгляда и критических, но справедливых замечаний.
Арчи тогда без комментариев запахнул свою огромную меховую доху и сел в сани. А сейчас эта доха стала их спасением. Он предложил ей забраться к нему под полушубок. И сказал об этом без всяких скользких намеков и шуточек, обращаясь с ней, как с сестрой по несчастью, предлагая использовать друг друга в качестве грелок, чтобы не околеть до утра.
Тэсс сбросила свою шубку и подоткнула ее за спину, а сама нырнула к нему. Арчи был большой и теплый, и постепенно она согрелась. Подбадривая друг друга и обсуждая основные пункты упущенного контракта (Арчи специально завел о нем разговор, чтобы не смущать Тэсс, вынужденную делить с ним постель, в буквальном смысле), они вскоре заснули, надеясь утром проснуться.
Он проснулся первым, когда уже наступил рассвет. По крайней мере, так можно было судить по его часам, ведь в хижине царил полумрак. Огонь в плошках еще горел, и было намного теплей, чем пять часов назад.
Открыв глаза, Арчи сразу не понял где он, и с кем. В его объятиях тихо дыша, спала девушка, русые волосы разметались у него на плече, а длинные ноги переплелись с его ногами. Он вздрогнул, мгновенно вспоминая все.
Они лежали с Тэсс вдвоем в его огромном полушубке крепко обнявшись и тесно прижимаясь друг к другу. Его правая рука обнимала тонкую талию, а левая покоилась на груди, под толстым вязаным свитером. Арчи обрадовался, что они пережили эту ночь и смутился, что во сне инстинктивно обхватил грудь девушки, идеально заполнившую его ладонь. Конечно, Тэсс была в бюстгальтере, но это не меняло сути дела — он обхватывал грудь своей бывшей секретарши, оказавшейся по воли случая, а не жгучего желания, с ним в одной постели.