Гений сообщил об этом спокойно, без своего обычного бурлящего энтузиазма. Как о хорошо известном ему умении. Которые, как он однажды заметил, всегда возвращаются, даже будучи забытыми. И почему-то опять к представителю светлых …
Меня снова кольнуло чувством острой несправедливости. Складывалось впечатление, что самые яркие таланты — причём открытые большей частью именно в нашем течении и наверняка для защиты от диктата светлых — по совершенно непостижимой причине передаются нашему противнику.
Как бесполезная, не стоящая внимания безделица.
Как будто речь идёт о примитивных средствах облегчить банальную земную жизнь — вроде того сжатия информации для ускорения её передачи, о которой сообщила мне моя дочь.
Я замер на полушаге.
А ведь подкидыш тоже сжал табу, наложенное на его память светлыми целителями, до не различимой и, соответственно, не функционирующей величины.
И Гений упоминал о возможности инвертировать информацию, сжав её в легко скрываемую точку.
И телепортация, случайно наткнувшаяся при возвращении на бывшего хранителя, мне — сразу уяснившему её природу — далась с самого первого раза.
Мой мозг потребуется мне в его самой лучшей форме — в самом ближайшем будущем и на самый неопределённый промежуток времени. Зачем мне обессиливать его перед серьёзным испытанием, выдумывая фильтры светлым — каждому свой, и одновременно надёжные и доступные их пониманию? Зачем мне потом контролировать их все сразу? Зачем мне весьма вероятные авралы, если их фильтры не устоят?
Если я могу в начале каждого рабочего дня подавлять все их посторонние мысли и затем просто-напросто удерживать их в этом состоянии. Назвать это вторжением даже карающий меч не посмеет — разбираться в этих мыслях я не стану. Напротив, предоставлю светлым возможность заявить — с присущим им самодовольством — о резко возросшей способности сосредотачиваться в условиях постоянной бдительности.
Задача столь масштабного воздействия на мысленный процесс — причём, одновременно на трёх объектах — подстегнула мой шаг.
Нужно немедленно возвращаться — в надежде, что неудержимое хвастливое пустозвонство бывшего хранителя задержит его у своих, и я успею опробовать свою идею на одной Татьяне. С общепризнанной простотой её мышления я легко смогу и заметить, и устранить любый погрешности в схеме подавления, если таковые обнаружатся.
Добравшись до выхода из нашей цитадели, я вновь вспомнил Гения. С досадой, почти с раздражением. Прямо за этой дверью слово «немедленно» следовало на некоторое время забыть — ограждающий нас от нападения светлых Путь поспешности не прощал. И некоторое время его прохождения было отнюдь не коротким.
Неужели нельзя было перед уходом — вместо философских рассуждений о нетленности знания — создать мне прямой проход через заградительную систему? А вот на подарки бывшему хранителю время у Гения нашлось.
Неужели нельзя было обойтись без столь нарочитой демонстрации его же тезиса о вирусе недоверия, массово поразившем оба наши течения? Мысль о моей добровольной сдаче светлым факта временного ослабления наших позиций смехотворна. Об их проникновении в моё сознание — тем более. А вот на карающий меч во время подготовки похищения Татьяны и подкидыша этот вирус у Гения не распространился.
И уж по крайней мере, неужели нельзя было не тратить впустую мои драгоценные минуты во время нашего контакта в его апартаментах? Это как раз те минуты, которые потребуются мне для создания фильтра для Татьяны — но не в присутствии её бывшего хранителя и карающего меча с их постоянными дилетантскими репликами. И правильная постановка задачи их нейтрализации никак не приблизит меня к началу её выполнения …
Я снова замер перед уже открывающимся выходом из нашей цитадели. Вот с того места — прямо передо мной — и унесла бывшего хранителя телепортация. И теперь, после подтверждения Гения, я уже знал, почему.
Ощущение было ошеломляющим — впервые в жизни мне удалось разгадать шараду не имеющего аналогов ума. Сейчас никто не был нужнее Татьяне, чем я — ей первой придётся столкнуться со сканерами.
Остальным, впрочем — тут же одёрнул я себя — вовсе не нужно знать, что я нашёл способ и назад телепортироваться. Поэтому своим конечным пунктом мне лучше избрать место без свидетелей.