Ладно, дело прошлое, ничего у него с Мариной не вышло — ни тогда, ни потом — а вот Тень именно после его замечаний стал тоже голос подавать. И прямо в духе своей хамелеонистой внешности: стоило Максу по светлым асфальтным катком пройтись, он умудрялся даже моего ангела перещеголять в дифирамбах последним. А вот когда мой ангел о людях заговаривал, Тень Макса за пояс затыкал количеством выплевываемого яда. Апеллируя при этом к нашим же воспоминаниям. К тем местам в них, в которых говорилось о сложности отношений Игоря с его человеческим окружением.
Понятное дело, мой ангел разгорячился — пришлось мне в разговор вступать, возвращая его в русло общепринятых заповедей об ангелах, безусловно и безоговорочно стоящих на страже интересов человечества. В ответ Тень тоже в раж вошел — и из него посыпались примеры превосходства ангельских детей над людьми, их несомненной близости к небесным родителям и перспективности их союза с последними. Большинство этих примеров я тоже узнала — но уже из своей здешней работы.
Ну хорошо, убедилась — Тени действительно пересылают первичные отчеты хранителей и карателей. А инструкции аналитиков где? Свое отношение к ангельским детям как к высшей расе на земле те никогда не скрывали, но где список практических мер по воцарению их в этом статусе? Не может же быть, чтобы все их резолюции, испещряющие каждый отчет, заключались в одних только «Согласен», «Одобряю» и «Всецело поддерживаю!».
Пришлось признать, что идея разговорить Тень не дала мне в руки никакой новой ниточки. Очень сильно они у меня зачесались выйти с Тенью на его ежевечернюю разминку. На спортивных снарядах я всегда опасность для окружающих представляла — захочет без увечий обойтись, пусть рассказывает, чем его аналитики пичкают.
Так ведь мой ангел же за мной увяжется!
И тогда без увечий — особенно, в случае согласия Тени на сотрудничество! — точно не обойдется!
И вот она — готовая оплошность как повод для его увольнения.
Не знаю, до чего бы я еще додумалась, чтобы начать хоть что-то делать, но в этой ангельской рутине — которую я и на земле-то с трудом переносила, а на небесах так и в самом страшном сне представить себе не могла! — произошли, наконец, серьезные подвижки.
Хотя началось все опять с земли.
Глава 12.5
Во время нашего очередного свидания с Игорем, когда мой ангел выпустил в него свою обычную очередь все тех же вопросов, он вдруг взорвался.
— Да все у меня по-прежнему, — отрывисто бросил он, раздраженно дернув плечом. — Вот если бы еще ваших все больше не становилось!
— Ты о чем? — вскинулись мы с моим ангелом одновременно.
— Да толпятся уже в доме — прохода от них нет! — объяснил Игорь уже спокойнее.
— Сколько? Когда появились? К тебе приближались? При аналитике? — снова затарахтел пулеметом мой ангел.
— Двое. Вчера. Нет. Нигде, — с не меньшей скоростью и краткостью ответил ему наш сын.
— Стас, — бросил мой ангел в мою сторону одними губами, прикрыв рот рукой.
— Эти, правда, инвертированные — не так на нервы действуют, — добавил Игорь, как только его отец отнял руку от лица.
— А как ты их …? — оторопела я.
— Макс, — резко вернув руку в прежнее положение, напомнил мне мой ангел об условии, на котором он обеспечил присутствие Макса на демонстрации моего первого ангельского открытия — условии обучения ему наших детей.
— А вот наблюдателю с аналитиком не повезло, — снова дождался наш сын окончания вставной реплики своего отца. — Они этих новых, само собой, не чувствуют, так те им всякие пакости делать начали — они уже волком друг на друга смотрят.
Мой ангел расхохотался с чрезвычайно довольным видом — и я снова насторожилась.
Контроль Игорь никогда не терпел, ангельский вдвойне — его раздражение новыми соглядатаями прозвучало довольно естественно.
Наблюдатель тоже крови из него за все эти годы выпил не мало — повзрослев, Игорь никогда не упускал случая отплатить ему сторицей.
Но хвастаться доставленными тому неприятностями, еще и другими руками — это было совершенно не похоже на нашего сына.
— Ты только от дела не отвлекайся, — вновь напустил на себя отечески строгий вид мой ангел. — И не поощряй их самовольство — эти двое направлены для обеспечения своей охраны. Как один из ключевых участников операции, ты имеешь на нее полное право, а мы с твоей матерью проследим, чтобы оно было реализовано в полном объеме.