В коридоре я сделал два шага к входной двери, бесшумно открыл замки и кивнул им в сторону лифта — два раза, после первого пришлось рукава демонстративно засучить.
Пройдя мимо лифта, я вышел на лестницу — в многоэтажных домах люди по ней не ходят — и повернулся к этим горе-хранителям.
— Материализуйтесь, пожалуйста, — бросил я им устало и вслух.
Оба ответили мне мысленно.
— Это категорически запрещено! — пискнуло слева от меня.
— Это кто тут раскомандовался? — фыркнуло справа.
Я решил начать с более противного бага. Снова вынув телефон, я набрал Макса.
— Привет, на два слова! — сразу пресек я любые замечания о несвоевременности моего звонка. — Объясни, пожалуйста, своему знакомому, что на земле принято вести себя прилично. Тут поговорить нужно, а он бесплотного духа из себя корчит.
— Давай, — непривычно коротко отозвался Макс.
Я протянул трубку в сторону недавнего фырканья. Через мгновенье она выскочила у меня из рук и взлетела немного вверх — откуда понесся чуть усиленный гул: на уже присутствующий наладилось мерное бормотание Макса.
Вернула мне телефон уже видимая рука — над которой на меня уставился цепкий, расчетливый взгляд.
Что-то пожадничали темные с броской внешностью. Или, наоборот, под нашего хранителя его замаскировали.
Довольно высокий, но совсем не мускулистый — скорее, худой, чуть сутулый, с длинным острым носом и таким же подбородком, с немного впалыми щеками и коротким ежиком темных волос на голове. Вот только раскосые глаза все портили — по ним явно читалось, что их обладатель прекрасно знает, какое расположение вызывает его отнюдь не агрессивная внешность, и охотно этим пользуется.
Зато он одеждой взял. На нем был спортивный костюм — ярко-желтого цвета! — руки он держал в его карманах, а ноги на ширине плеч, явно для устойчивости — и были они обуты в ярко-красные кроссовки!
Я только головой помотал, чтобы в глазах рябить перестало.
Так, посмотрим, что же ему противостоит. Я перевел взгляд налево — и увидел там все ту же пустоту.
— Девушка! — рявкнул я в сердцах. — В видимость! Быстро! А то сейчас рапорт о несоответствии подам!
— Так нельзя же! — еще тоньше пискнула пустота.
— Да здесь же людей вообще нет! — в изнеможении повел я вокруг себя руками — откуда у нас только такие непробиваемые буквоеды берутся?
Она материализовалась. Только не там, где я ожидал — пришлось взгляд вниз опускать. И я сразу понял, что у нас хранителя Олегу искали действительно срочно и среди очень узкого круга кандидатов.
Это был не хранитель, а просто воробей какой-то! Маленькая — при всем моем небольшом росте едва мне до плеча, вся взъерошенная — лохмы пепельных волос во все стороны, губы дрожат, узкие плечи вздернуты, и ни минуты покоя — руки тискает, с ноги на ногу на цыпочках переминается, и огромные, круглые, светло-серые глаза мечутся с равным ужасом между мной и темным.
У него осмотр соперницы вызвал слегка брезгливое выражение на лице.
— Ну, и что здесь происходит? — приступил я, наконец, к делу.
— Цирк! — хмыкнул темный, покачиваясь с пятки на носок.
Ладно, от его ничего другого и ожидать не стоило — я снова перевел взгляд на светлую.
— Я не знаю, что я им всем сделала! — залепетала она, отчаянно моргая. — Я все делаю, как меня учили, а получается, как будто я все делаю неправильно!
— Первый раз на земле, что ли? — осенило меня.
Она закивала, как заведенная.
Я снова глянул на темного — и заметил охотничий блеск у него в глазах.
— Ты вот это сразу брось! — предупредил я его заранее. — Вот эти манеры ваши: выбрать себе соперника послабее и за его счет очков себе, не запыхавшись, набрать. Олега вы все равно не получите — не веришь, спроси Макса, как он отсюда в прошлый раз отчалил.
— А я здесь не поэтому, — пренебрежительно бросил мне темный. — Моя основная задача — чтобы дочь Макса вам не досталась, а парень … просто повод удачный подвернулся.
Похоже, состоится у нас с Максом еще один разговор. Об отзывчивых знакомых и вечной готовности пойти навстречу Даре.
— Повод? — на всякий случай переспросил я. — А для нее, — кивнул я на слушающую нас с полуоткрытым ртом светлую, — это первое задание. И если она его запорет, это пятно на ней до конца ее дней висеть будет. Ты себя не помнишь? Вы ведь, как выяснилось, даже не конкуренты, но вынуждены находиться в одном месте и в одних условиях — трудно помочь? Хоть от скуки?
— А я еще раз хочу узнать — кто мне здесь нотации читает? — процедил он сквозь зубы.
Ладно, обязанности своего нового положения я уже не раз выполнил, можно для разнообразия и его преимуществами воспользоваться.