— И … ? — подалась она вперед в нетерпеливом ожидании.
— И они согласились, — небрежно пожал я плечами. — Дома у Олега это, разумеется, невозможно. Но я думаю, в самое ближайшее время мы сможем познакомить их с Мариной — и Кисой, который поделится с ними своим опытом в том, как хранить в неприкосновенности личное пространство вверенного человека. Хотя … — сделал я небольшую паузу, — возможно, им и без этого будет, чем заняться, когда Олег будет находится в безопасности своего дома.
— И чем же? — загорелись у нее глаза жарким любопытством.
— Наш хранитель, — вздохнул я, — действительно, даже не молодой, а вообще еще начинающий специалист. И, как у каждого новичка, у нее энтузиазм перевешивает и знания, и навыки. Так что ее темный напарник согласился передать ей свой практический опыт общения с людьми — он у них, как ни крути, достаточно результативный.
— Темный будет учить вашу?! — вытаращила на меня Аленка все еще горящие глаза. — И она на это пошла?!
— А что тут такого? — совершенно искренне удивился я. — Мы же с Максом как-то сработались.
— А, ну да, — хмыкнула она. — Ты и Макс — ну, прямо душа в душу.
— Тебе, конечно, виднее, — сдержанно заметил я, — но сегодня именно Макс убедил своего коллегу пойти навстречу моей просьбе.
Какой именно, неважно. Наши разборки — это наши разборки, но в том, что касается детей, мы всегда в одной лодке были.
Глава 16.20
— И вот еще что, — спохватился я, выдернув себя из воспоминаний. — Для их постоянной материализации нужна подходящая история. Я предложил им проработать ее вместе с вами — со всеми вами, чтобы кто-нибудь чего лишнего не сболтнул. Не знаю — например, сотрудники Олега или где-то в поездке познакомились. Нужно все мельчайшие детали продумать: возраст, профессию, увлечения, прошлое. Можно даже представить их парой — так легче объяснить, почему они везде и всегда рядом будут.
Аленка прыснула — и опустила глаза, покусывая губы. Когда же она вновь подняла их, ее взгляд из отстраненно прохладного сделался глубоко задумчивым.
— Я не думала … — произнесла она так, как будто обращалась к кому-то другому. — А теперь начинаю понимать …
— Что? — насторожился я.
— Почему Гений велел нам — перед уходом, — снова сфокусировала ее взгляд на мне, — обращаться только к тебе — в любой ситуации и с любым вопросом.
Вот как бы мне устроить так, чтобы темный предводитель еще и с моим наставником разъяснительную беседу провел?
Аленка уже явно смутилась от совершенно необычного для нее эмоционального всплеска и, развернувшись, шагнула к двери. Из проема которой бросила мне вполоборота:
— Спасибо.
— Обращайся, — также обошелся я, переводя дух, без излишнего пафоса.
В общем, продолжало меня нести вслед за моим наставником. Вот так раз ступишь на скользкую дорогу, и уже не остановишься. И хотя я еще не догнал его в этой погоне за всевозможными невозможными ситуациями, он уже вполне мог начинать через плечо оглядываться.
А вот с Аленкой накликали мы с темным предводителем. Хотя обратилась она ко мне в следующий раз не с проблемой, а с бурлящей радостью — которая впоследствие чуть не закончилась полной катастрофой.
За подготовку истории хранителей Олега взялись наши дети основательно. Судя по тому, что творилось в Аленкином сознании, у них там жаркие баталии по каждому пункту возникали и длились потом днями — особенно, если у самих хранителей возражения возникали. Светлой наша молодежь быстро рот закрывала — мол, нечего выступать тем, кто землю совсем не знает, но с темным, который далеко не первую миссию среди людей проводил, эти аргументы не работали. И кроме того, он наверняка просто по привычке любому нашему начинанию палки в колеса вставлял.
Не знаю, чем еще можно объяснить то, что за две недели они даже имена пополнению своей компании не придумали. Мою биографию, например, мы с моим наставником за два дня составили — причем, рабочих — а имя мне Татьяна просто с первого взгляда приклеила — и что-то не помню я, чтобы свеженазванный хоть словом возразил.
И это все при том, что мой призыв включить воображение вызвал у нашей молодежи самый живой отклик. Настолько живой, что я даже за Аленки блок стал пореже заглядывать — от некоторых предложений, которые у нее там запечатлелись, у меня на расстоянии волосы дыбом вставали.
Вот так и прозевал я тот момент, о котором предупреждал меня темный и уже мой предводитель. Хотя …
Уже намного позже я подумал, что он, похоже, и такой поворот событий предусмотрел — обязав, перед своим исчезновением, детей держать меня в курсе любых изменений в их жизни.