— Еще чего! — сверкнул на него глазами антрацитовый. — Ты своих вывел? Вывел. Мир твой мы назад отвоюем, не вопрос, главное — чтобы было, кем заселить его потом.
— Но я же пока не смогу вам энергию поставлять! — обвел их всех мрачным взглядом энергетический мир.
— Можно подумать, — фыркнул антрацитовый, — что вся энергия только в реках плещется! Вот мой продукт при горении такую температуру дает, что металл плавится — наверняка можно и из него эту твою энергию как-то добыть!
— Минуточку! — вскинулся металлический мир. — Мы ведь, по-моему, уже решили, что этот продукт будет исключительно в мой мир поставляться!
— Не обеднеешь! — отмахнулся от него антрацитовый, и снова повернулся к энергетическому. — Короче, давай к нам. С вашими навыками у нас под землей точно новые источники энергии найдутся!
— Или к нам, — перебил его лесистый мир. — Чего под землей-то сидеть? У нас солнца столько, что деревья до небес поднимаются — наверняка можно придумать, как его энергию улавливать. И напасть на нас незаметно среди деревьев не получится — мы из-за каждого и с каждого любого незваного гостя прихлопнем.
— А у нас, — подхватил пушистый мир со смешком, — еще и живность сверху притопчет.
— Короче, остаешься с нами! — завершил ярмарку предложений антрацитовый мир. — Нечего тут дезертировать. Сегодня у нас была первая попытка — а она частенько корявой бывает. Вторая будет удачнее.
Вторая попытка их коллективной защиты действительно оказалась более слаженной — но и не долгой.
Лесистый мир был несомненно прав в том, что незаметно напасть на него было крайне проблематично.
Но успешно отбивать нападение из-за каждого дерева можно было только при их наличии.
Силы башня Второго бросила в лесистый мир большие — намного большие, чем в животный и энергетический. Но — к счастью или к сожалению — связному уже нужно было инспектировать на три мира меньше, чем прежде, и он навещал остальные чаще. В результате, как и предсказывал владелец лесистого мира, вторжение в него было быстро обнаружено и просьба о помощи оперативно передана Первому.
На этот раз подкрепление не вызвало у местных никаких возражений — первым к ним прибыл отряд из родственного пушистого мира, и его бойцов встретили, как родных.
Без лишних переговоров они мгновенно образовали сводные группы, в каждой из которых одна часть подманивала захватчиков к себе, а другая после этого атаковала их сверху и всеми подручными средствами. Когда же внимание захватчиков полностью сосредотачивалось на кронах деревьев, их добивала третья часть группы, засевшая на земле в засаде.
Прибывшие чуть позже отряды из антрацитового и энергетического миров с готовностью взяли на себя — по незнанию местной специфики — роль первой части каждой сводной группы, что существенно увеличивало эффективность действий остальных ее частей.
В результате, захватчики если и продвигались вперед, то черепашьим шагом и ценой невероятных потерь. Они вообще перемещались совершенно бестолково — широкой растянутой цепью, без каких-либо зигзагов и обманных движений и даже не пытаясь укрыться за стволами деревьев.
Более того, они нападали только на зазевавшихся защитников мира, которые оказывались у них прямо перед носом, и совсем не преследовали отступающих, даже если те просто меняли позицию на более удобную для ответного удара.
Они всего лишь оттесняли местных и пришедшие им на помощь подкрепления самой своей массой — и все медленно расширяющееся пространство у них за спинами было усеяно телами их павших соратников.
Первый только головой качал, глядя на эту безрассудную атаку, и просто ждал, когда она захлебнется — у Второго не могло быть бесконечных резервов.
А потом выяснилось, что целью этой атаки как раз и была эта совсем неширокая полоса, зачищенная от защитников мира.
И стало понятно, зачем каждый из нападающих нес на спине здоровенную дубину — ни разу и ни одним из них до сих пор не пущенную в ход.
В верхней части каждая дубина имела утолщение, издающее резкий смолистый запах — прежде, среди деревьев и в пылу схватки, никто не обратил на него никакого внимания.
В какой-то момент нападающие остановились, как по команде, вытащили эти дубины из-за спины, положили их на землю, склонились над утолщениями, поколдовали над ними — и те вдруг вспыхнули ярким огнем. Который нападающие тут же поднесли ко всей окружающей их растительности.
Лес сопротивлялся, не поддавался огню, шипя и потрескивая, и его защитники утроили свой напор на нападавших, но те начали уже целенаправленно убивать их, не подпуская их к уже занимающимся огнем деревьям.