Нет, задача остается прежней — если потом придолбаются, скажем, что привлекавшиеся аксакалу наряд вне очереди получили. На марш-бросок по лесу. По десятку на каждого. Зигзагами, чтобы километраж набрать. Короче, держать мне там аксакала до последнего! Откуда я знаю, до чего последнего?
Чтобы полностью оценить масштаб заговора, я набрал Тошу. Вот чует мое сердце, что он где-то там тоже маячит — Татьяна со своим балаболом и Макс только над своими мелкими всегда тряслись, а этот вокруг них всех скопом вечно бессменным часовым стоял.
Так и есть — раз сбросил без единого вопроса, точно там.
Что-то собратья по окрасу вообще страх потеряли. Ничего, я найду способ сгонять на землю — для силовой структуры ни запретных зон, ни неприкасаемых не существует.
Но дознание среди последних лучше по одиночке проводить. Разведя их по разным камерам. Значит, либо мне вслед за ними в бега подаваться, либо партизан возвращать.
Осталась одна надежда: среди них темные еще вменяемыми остались.
Дожился — темных вызываю, чтобы своих в строй вернуть!
Лучше с Макса начать — тоже, конечно, темный, но временами уже не очень.
Еще раз не понял — я же по-хорошему!
Обрисовал ситуацию, прямо намекнул, что еще чуть-чуть — и их отсутствие на месте несения службы засветится — он мне даже не ответил.
Кто бы сомневался, перед лицом старшего по темному званию с него все просветление в момент сошло.
Опять орлы. С докладом, что в зону отчуждения им хода нет. Как это я забыл — старею. А что, аксакала уже там?! Фу, хоть кто-то еще об уставе помнит — заранее предупреждают и распоряжений ждут.
Отставить! Никакого обезвреживания аксакала — под такое я своих орлов подставлять не буду.
Выстраивание цепью по границе зоны отчуждения тем более — в наряд вне очереди в форме почетного караула даже внештатники не поверят.
Вот, придумал: пулей в инвертацию — и подсекать аксакала сзади, чтобы спотыкался на каждом шагу. Только нежно! Чтобы выглядело естественно.
Надолго это его, правда, все равно не задержит — значит, пора вводить в бой последние резервы.
Если у нас заумное оборудование ломается — а по словам титана мысли, такое уже бывало — то дверь в ставку заклинить может на раз. И окна. И на втором этаже тоже — аксакал на своих снарядах уже подкачался, может вскарабкаться.
Оглянувшись по сторонам, я категорически не понял, как оказался в таком положении.
Силовая структура — в бункере и в ожидании вторжения вчерашнего курсанта.
У меня остался один не задействованный контакт.
— Короче, — сухо отчеканил я, вызвав титана мысли, — аксакал будет здесь минут через десять-пятнадцать. Если вы к тому времени не вернетесь, то меня он здесь тоже не застанет. Козлом отпущения меня еще никто не делал. Уйду в инвертацию — и не сомневайтесь, возможность встретиться лично с Вами найду.
Дожился — шантажирую темного атамана. Причем, только для того, чтобы он мне моих собратьев по окрасу назад в бункер пригнал.
Так, теперь в переговорку — окно открыть. В инвертацию через него прыгать буду.
Но уходить без боя … да еще и под прикрытием инвертации … Непорядок.
Вот что за убогий бункер! У меня в кабинете прямо под рукой всегда с десяток сувениров с земли припасено — как раз на всякий непредвиденный случай. А здесь — мебель мне, что ли, в ход пускать?
А вот это мысль! Панели прозрачные — кто такую заметит, если она ему из окна на голову слетит? Штормов с ураганами у нас отродясь не водилось, но для всего всегда есть первый раз — мало что с крыши сдуть может? Разнеся его при этом вдребезги.
С Татьяной я промахнулся — планировал титана мысли вызвать. Гулять, так с музыкой — если под занавес, то повешу на них еще и порчу ценного имущества.
Дожился — шантажирую темного атамана стекляшкой.
А, плевать — сработало. Запомню, чем на него давить можно.
А также запомню, что доставил он мне неудавшихся перебежчиков в самый подходящий момент — я как раз на шторм с ураганом настроился — а сам от заслуженной порки сбежал.
Короче, полыхнуло знатно. Отвел душу — полным пакетом залпового огня по плотно скученной цели. Чтобы два раза не вставать.
Отмечу для протокола — начал я спокойно. Первым делом нужно было выяснить, кто в будущем деле о попытке побега главным фигурантом пойдет: Марина или Татьяна. Но у той же основной соучастник в каждой самоволке наглости выше крыши вечно набирается — учуял, куда я клоню, и тут же встрял.
Пришлось поднять все старые дела, по которым он проходил — кто за него отдувался, пока он жирок в камере нагуливал?
Макс благоразумно умыл руки — но не язык. Пришлось напомнить ему, что силовая структура даже в стремительном броске удары не пропускает.