Сигнал, в конечном счете, дал я.
Однажды, через … леший его знает, сколько дней — в засаде время как-то иначе идет — меня вызвали орлы. С земли.
— Командир, тут полный замес! — ворвался мне в голову возбужденный голос. — Давайте подкрепление — можем не справиться!
— Кто? — коротко спросил я.
— Люди! — рыкнул голос. — Много. Как с цепи сорвались. И все лезут на объект. Со всех сторон. Не хотелось бы на поражение.
— Сейчас буду, — пообещал я им.
Не будет того, чтобы мои орлы снова сорвались на уничтожение смертных!
— Макс, сейчас! — просигналил я.
— Только с нами! — ринулась вперед Татьяна.
— Да толку с вас там? — рявкнул я ей.
На месте Татьяны в момент оказалась дикая кошка — оскаленная, с горящими глазами и выброшенными к моему горлу скрюченными пальцами.
Балабол обхватил ее обеими руками, толкая изо всех сил к Максу.
Я оказался возле него одновременно с ними.
— Держаться до моего прихода! — хлестнул мне вслед голос титана — такой, что я на автопилоте «Так точно!» подумал.
Эпилог 3
Сразу стало понятно безумно хаотическое движение людей — моих инвертированных собратьев там было просто немерено. Действовали они жестко, но явно стремились не искалечить людей, а просто вывести их из строя. И явно успешно — на земле, в стороне, как будто отброшенные ногами, уже лежало довольно много тел. Господи, сколько же их было вначале?
Я открыл машину и втиснулся на заднее сидение рядом с Аленкой, перекрыв ей выход.
— Ты видишь их? — обратился я к ее бледному лицу, с которого смотрели на побоище широко распахнутые, неверящие глаза. — Наших? Я знаю, что ты их видишь! Их там вполне достаточно — все будет хорошо!
— Нет, — едва шевелила она помертвевшими губами, — все не хорошо. Мне нужно туда. Там все хуже!
— Алена! — встряхнул я ее за плечи. — Возьми себя в руки. Мне сказали, что только ты получишь сигнал, что нам туда нужно — и можно. Соберись — ты не должна его пропустить!
Несколько минут прошли в полной тишине — даже дыхания в машине не было слышно. Толпа людей уже существенно поредела — и я увидел среди оставшихся силуэтов Дару с Игорем. Не так, чтобы совсем невредимых, но точно целых.
Вдруг я ощутил какой-то болезненный толчок — снаружи все замерло — последние стоящие на ногах люди снова бросились к Даре и Игорю — их уложили без всяких церемоний — Дара рывком повернула голову в сторону памятника у выхода с университетской площадки — Игорь обхватил ее руками, с трудом удерживая на месте …
И вдруг вся эта сцена скрылась за потоком воды, рухнувшим стеной с небес.
— Пустите! — отчаянно вскрикнула Аленка. — Дара уходит! Ее уже почти нет!
Она замахала руками, сыпя ударами во все стороны — с такой силой, которую я никогда в ней даже не подозревал. Я устоял, прикрыв голову локтем — Олег нет.
Аленка умудрилась открыть машину с его стороны, вытолкнула его из нее, перепрыгнула через него и стремглав бросилась к стене воды. Я отстал от нее всего на два шага — судя по сопению за спиной, Олег меня уже догонял.
Через стену воды мы проскочили быстро, и была она не широкой, но промокли насквозь — и взяв бешеный разбег, едва затормозили перед Дарой и Игорем.
Он все еще крепко держал ее — она вырывалась, глядя в сторону памятника, и я едва узнал ее. Однажды, когда наша молодежь решила посвятить меня в свою подпольную деятельность против небесного сообщества, Дара, говоря о нем, напомнила мне дикую кошку. Сейчас она, скорее, походила на дикую пантеру.
Раненую дикую пантеру.
Раненую дикую пантеру, у которой убили детеныша.
Проследив за ее взглядом, я увидел … Макса.
Лежащего на земле возле памятника.
Без движения.
Да нет же, бред, мелькнуло у меня в голове, он бессмертен, его ничего не возьмет.
Кроме распылителя.
А это уже вообще маразм — откуда он здесь? Он существует только у нас наверху, у темных, и те над ним трясутся, как Кощей над своей иглой.
Вдруг я заметил еще одно тело чуть в стороне от Макса — и не мудрено, что не сразу его разглядел: оно было почти не различимо на брусчатке, какое-то невзрачное, блеклое, полупрозрачное, как медуза, выброшенная волной на песчаный пляж.
Песок.
Под раскаленным солнцем.
С чуть подрагивающими от чудовищного напряжения точками в нем.
Часовой механизм.
Какого черта я его тогда сразу не отключил?!