И наконец, оставшуюся центральную и самую большую часть он оставил для миров — и для архива. Единственный выход оттуда вел в его личное помещение — он предпочел держать их все при себе, и там им будет проще незаметно переноситься в его мир. Кроме того, если кому-то снова придет в голову мысль захватить их — сначала ему придется встретиться с самим Первым. А судя по пугливым взглядам, которые начала вдруг бросать на него его бывшая команда, задержать его вряд ли кто решится.
Закончив переоборудование своего кабинета, он напоследок защитил помещение для миров и свое собственное блоком. Точно таким, каким каждый из них закрывал свое сознание от мысленного вторжения. Он выбрал образ настоящей стены — ничем не отличаемой от реальной, даже с точной копией дверей в ней — увеличил его, растянул по всему периметру помещений и привязал его не к своему сознанию, а к тоннелю — чтобы блок не зависел от его присутствия в башне.
Вот теперь можно было спокойно, без опаски быть подслушанными, насладиться рассказом миров о том, что они обнаружили в его собственном. Он вызвал их и попросил спуститься к нему. С архивом.
— Одного пустите вперед, на разведку, — добавил он, — чтобы без лишних глаз.
Он встретил их на лестнице у входа в свое новое помещение — и, открыв перед ними дверь, жестом пригласил внутрь. Они вошли, отдуваясь под весом архива, и замерли на месте, недоуменно оглядываясь.
— Дальше, — кивнул он им в сторону второй двери, расположенной наискосок от первой и в каком-то десятке не слишком широких шагов от нее.
Когда они все переместились, наконец, в большее помещение, Первый широко повел рукой вокруг себя.
— Что скажете? — спросил он миры. — Нравится? Я предлагаю вам обосноваться здесь. Для начала, нам всем лучше держаться вместе — и потом, это место уже снабжено как звуко-, так и мысле-изоляцией. Не говоря уже о том, что здесь до вас никто не доберется.
Миры оживились, переглянулись с довольным видом — затем энергетический слегка притушил блеск в глазах.
— Так нас же должны вызывать на какие-то консультации, — мрачно бросил он.
— Вот и оставят запрос на них вон там, — ткнул Первый большим пальцем себе за спину. — Либо мне лично, либо — в мое отсутствие — в двери. В новых правилах, насколько мне известно, не указано, что вы должны являться мгновенно, по первому же вызову?
Миры дружно замотали головами, не сдерживая усмешки, и снова оглянулись по сторонам — но уже иначе: каждый, казалось, присматривал себе место по душе.
— Теперь рассказывайте, — бросил им Первый, сделав вывод, что его приглашение принято.
Нельзя было, конечно, сказать, что обитатели миров уже освоились на новом месте, но они явно были на пути к этому. Новый мир не был копией их прежних, но каждый из пришельцев уже смог найти в нем нечто отдаленно знакомое и был более или менее готов адаптироваться к новым условиям.
Проще всего пришлось антрацитовым. Поверхность континента еще не покрылась густой растительностью, и их наметанный глаз уже обнаружил в некоторых местах выходы скрытых под землей полезных ископаемых. Вдобавок, их привычка к самоорганизации не оставляла сомнений, что эти места будут довольно быстро разработаны.
Так, подумал Первый, этим более совершенные орудия труда не передавать — а то они весь континент так перекопают, что пищу сажать негде будет.
Пушистые уже тоже отыскали чудом выжившую живность и бросили все силы на ее изучение и выхаживание. Гладкокожие их удивляли, не вызывая, впрочем, отторжения, но больше всего их поразили те создания мира, которые были удивительно похожи на первородных. С ними они нянчились, как со своим собственным потомством, и именно эта группа пришельцев вызывала, казалось, наибольшую благожелательность мира.
Так, подумал Первый, этим ни под каким видом не демонстрировать образцы гигантомании мира, которая существовала там до убийственной волны — а то начнут раскармливать выживших, пока те их самих не сожрут.
А вот энергетическим пришлось туго — на континенте мира не было ни гор, ни свергающихся с них быстрых рек. Но и они уже начали приноравливаться — заметив, что ветер, постоянно дующий то с водных просторов на континент, то в обратном направлении, может двигать лопасти привычных им механизмов не намного хуже, чем вода. Они уже даже начали сооружать макет такого механизма, экспериментируя с его местоположением и размером.