Не знаю, то ли мой ангел таки напортачил с нужным образом, то ли подошел к нему формально — любой актер знает, что грим — это хорошо, но форму еще и содержанием наполнить нужно — но на следующий день его там все-таки расшифровали. Слава Богу, до появления Стаса — его ребята по старой памяти явно отпустили моего ангела подобру-поздорову.
Но Стасу, естественно, доложили — и получил мой ангел прямо на следующий день очередную воспитательную беседу.
Это ерунда, отмахнулся он от моего сочувствия вечером, главное — удалось вступить в контакт с целителями.
С того момента настроение у него явно стало улучшаться, и я занервничала. Если он умудрился прямо с первого раза убедить целителей, что не дипломированных специалистов незачем привлекать к решению столь сложной задачи …
— С ними одним раундом не обойдешься, — мгновенно помрачнел он в ответ на мой вопрос о том, как продвигаются переговоры с целителями. — Они совершенно неприемлемые условия выдвигают. Сейчас работаю над компромиссом.
Понятно, значит, решение еще и на горизонте не просматривается — мой ангел даже намеком на него уже похвастался бы. А нельзя мне рассказать, в чем проблема — за мной же решения сами гоняются!
А тут еще Игорь через какое-то время поведал нам, что на Олега вдруг ни с того, ни с сего ангельское признание снизошло — причем, сразу со всех сторон. Я бы за него только порадовалась — он хоть и не броский с виду, но и я в свое время среди людей ничем не блистала, а ведь разглядели во мне что-то — но два хранителя у человека? Из абсолютно противоположных ведомств? Вцепившихся в человека и тянущих его каждый в свою сторону? Рядом со все еще совершенно неопытным Тошей? И Мариной — как очередное яркое доказательство невменяемости ангелов?
Ну, неужели непонятно, что теперь нам точно и срочно нужно на землю? Да скажи ты, чего целители хотят — я найду решение!
Но оно опять само ко мне пришло — в тот день, когда исчез Тень.
Однажды я бросилась к этим чертовым ангелам, чтобы защитить своего сына.
Я оставила его одного на земле, я втравила моего ангела в страшные неприятности, я доставила не одну тяжелую минуту своим родителям и друзьям — ангелы не сочли нужным даже выслушать меня.
Более того, угроза моему сыну с их стороны никуда не делась — и сейчас вернулась к нему.
Когда рядом с ним больше некому шагнуть ей навстречу.
Вот пусть даже не надеются — я возвращаюсь!
Но в этот раз мой ангел будет в курсе — все равно ведь за мной увяжется, так пусть хоть не вслепую.
И потом, сейчас мы с ним в совершенно равных правах находимся: он создал веское обоснование для нашего возвращения — я придумала, как замаскироваться, чтобы нас ни одна ангельская ищейка не нашла.
С тех пор мы тренировались в этой маскировке каждый день.
И в тот момент, когда открылась, наконец, возможность попасть на землю, меня не то, что Стас — Винни не смог бы остановить.
Глава 19.9
Не сразу. Сначала он обучил миры инвертации — чтобы они могли укрыться в ней в случае неожиданного вторжения до того, как перенестись в его мир. Да и там это умение могло прийтись им кстати — в свете того, что им уже овладела башня Второго.
Затем он перенес только что увиденное в архиве миров в свой собственный — в конце концов, это был их общий с его миром архив. И он все еще надеялся вернуться туда — вместе с архивом — и ткнуть свое творение носом в последнюю сцену в случае, если на него очередной приступ вредности найдет.
Прокрутив картину с образом Лилит раз сто, он ушел в макет своего мира. В инвертации. И провалялся у ручья до конца дня. Закрыв глаза и вновь и вновь созерцая ее лицо, как будто погружающееся в бескрайние просторы. Журчание воды в тот раз создало особенно подходящий фон.
Потом он вернулся — не только в башню, но и в реальность. Полностью уходить в воспоминания было рано — своим мирам он обеспечил максимально возможную безопасность, чего не скажешь о его бывшем помощнике и их команде. Второй вполне мог войти во вкус ситуации с заложниками — даже не для того, чтобы что-то выведать у него, а просто ради удовольствия унизить его. И Первый больше не собирался баррикадировать вход в башню и сидеть в глухой обороне — совсем недавно у него возникла куда более интересная мысль, которую вовсе не стоило бросать незадействованной.
Эта мысль помогла ему в создании защитного барьера вокруг их башни так же, как тоннель — в сооружении апартаментов нового ее главы. Второй аннигилятор он сделал намного быстрее первого — учитывая как уже имеющийся опыт, так и намного меньшие размеры нового творения. Зато понадобилось их намного больше. Что отвлекло его, наконец, от гипнотизирующей картины из архива.