Может, прав был Стас, что от меня нигде никакого толка нет?
Может, и вправду мне лучше здесь бумажки с места на место перекладывать — в этой уже опустевшей запретной зоне, где я точно никому вреда не принесу?
Вот только непонятно, за что мой ангел здесь рядом со мной оказался,
В какой-то момент он оказался очень рядом.
И выгнал у меня из головы все эти мысли.
Как только он умеет.
Ну, хоть кому-то я еще нужна.
Хоть для кого-то я еще ценность представляю.
Все, перегорела лампочка.
На следующее утро, правда, выяснилось, что это ее мой ангел накануне просто выключил, для сохранения заряда, а так она еще очень даже полна энергии — чтобы Игорю позвонить, так точно.
М-да, вот это помогла сыну — так, что у него на лице места живого нет, а Даре, по его словам, еще хуже пришлось.
И Макс все еще едва говорить может — а я вчера даже не вспомнила о нем, хотя именно он ту главную угрозу моему сыну ликвидировал.
И даже Тоша — вечно неловкий, неуверенный в себе, тушующийся в любой ситуации и ждущий совета Тоша вдруг оказался более востребованным, чем я.
А потом я позвонила Марине.
И она врезала мне так, как только она умеет.
Я слушала ее — и слышала себя.
Нет, я, конечно, так не ору — по крайней мере, вслух, а как я высказываюсь наедине с собой, это мое дело — но суть ее воинственных воплей и моей мысленной истерики была одна и та же.
Скажите, пожалуйста, какая цаца — к важному делу ее не допустили, причем, в самый центр его!
А ничего, что если она сама туда лезет, так ее — и одну, и вторую — потом после аварии выхаживать приходится, все бросив?
Может, лучше не соваться везде затычкой во все дырки, а дать более знающим и подготовленным это дело сделать?
Уступить им дорогу — и обеспечить им тыл, надежный и верный?
Может, они потому эту цацу и придерживают, чтобы она, по дурости и из тщеславия, ни себе, ни другим не навредила?
Мой ангел всегда рядом со мной был, что бы я ни вытворяла, и отодвигал в сторону только от настоящей опасности — может, и Марину пора стреножить, когда она во все тяжкие пускается?
Может, не надо ей во всем потакать, как Стас с Максом, чтобы она дальше вразнос не шла?
Вот мой ангел только что, несмотря на всю свою неприязнь к Даре, сказал, что верит, что наш сын сможет ее в себя привести. Марине такой вере еще учится нужно, а моя-то куда подевалась? На земле я всегда знала, что он из любой передряги ко мне вернется, и мне нужно просто дождаться его. А сейчас что? Великие ангельские открытия глаза застили, и ждать примадонна больше не изволит?
Глава 19.10
— По-моему, там все в порядке, — проморгавшись, обратился он к плодовому. — А ты что скажешь?
Тот только дернул плечом, отведя глаза. Потом снова глянул на Первого — в упор — и его словно прорвало.
— Я не хочу показаться неблагодарным, — посыпалось из него скороговоркой. — Мы все здесь относительно легко отделались, Вы позаботились о нашей безопасности, дали нам новое дело, устроили на новом месте тех наших смертных, кого удалось спасти — спасибо, искренне. — Он на мгновение склонил голову и тут же снова вскинул ее с вызовом в глазах. — А как же животный? Мы ведь обещали вытащить его — а он все еще там!
Теперь отвел глаза Первый. Раньше он предполагал, что их победа автоматически приведет к освобождению животного, а потом … Потом пришлось срочно спасать все, что еще можно было спасти. Все, что было в его власти спасти. Он … не то, чтобы забыл о животном — просто тот определенно отошел на задний план. Но сейчас … Его лишили почти всего, но его разум и изобретательность все еще были в его власти.
— Ты прав — обещали! — кивнул он плодовому. — И мы это сделаем! Спасибо, что напомнил — ты знаешь, что мы не сидели здесь, сложа руки, сначала нужно было решить первоочередные задачи. Но мы его обязательно вытащим!
— Я готов! — вскочил плодовый. — Сейчас идти?
— Куда? — оторопел Первый.
— В инвертации я без труда проникну в ту башню, — уверенно заявил ему плодовый.
— И что дальше? — вскинул бровь Первый. — Допустим, ты туда проберешься. Допустим, ты его найдешь. Как ты с ним оттуда выйдешь? У них там толпы везде шастают.
— Я обучу его инвертации! — не задумываясь, отмел его сомнения плодовый — очевидно, он уже давно прорабатывал свой план. — Прямо там, на месте.
— А у тебя сразу получилось? — прищурился Первый. — А у него, в его физическом состоянии, сколько времени это займет? И это при том, что к нему в любой момент могут очередную делегацию зевак привести — так они его там мигающим и застанут?