Он отвел глаза, неловко поднимаясь на ноги. Когда она подошла к нему, он протянул ей свою тунику, все также глядя в сторону и размышляя, куда ее дальше понести.
Возле водных просторов оставлять ее нельзя, пока она не поймет, как правильно плавать. Кроме этого, нужно твердо объяснить ей необходимость покровов не только в ледяной и жаркой пустынях — иначе вряд ли получится объяснить что-либо еще.
Лилит удивленно глянула на протянутую ей тунику, взяла ее, повертела в руках и принялась прикладывать к своему телу, изгибаясь то в одну, то в другую сторону и заодно промокая воду на нем. Показывать ей, как надевать эту вещь, Первый не решился — пришлось бы снова на нее смотреть. О том, чтобы помочь ей, речи вообще не было — при одной мысли о прикосновении к этому источнику бьющей наповал полноты жизни, ощущение последней хлынуло в Первого с такой силой, что у него руки задрожали.
Так и не разобравшись, что делать с туникой, Лилит отступила в сторону, чтобы оказаться в поле зрения Первого, и с улыбкой вернула ему ее. Болезненно сморщившись, он рывком отвернул голову в сторону. Лилит снова шагнула туда же, глянув на него с вопросом и обидой в глазах. Первый быстро опустил свои и снова протянул ей руку.
— Пойдем, — сдавленно обратился он к этой руке.
На этот раз он перенес ее в небольшой уголок, напоминающий макет. На самом деле, он создал его уже после изменения наклона оси планеты, чтобы первородные начали ее освоение с относительно знакомого им места. Но понаблюдав за непоседливой Лилит в макете, он и тут не удержался: увеличил центральный водоем, расширил и углубил впадающий и вытекающий из него потоки воды, сделал богаче окружающую их растительность, наполнив ее до предела цветами, и поместил в нее — на пробу — самых дружелюбных зверьков.
Сейчас его очередной необъяснимый порыв пришелся очень кстати. Первый после Творца быстро наломал охапку гибких ветвей, наиболее густо покрытых листьями и цветами, и протянул ее Лилит, старательно глядя только ей в лицо. Точно, как первородный, мелькнуло у него в голове — вслед за чем пришло неожиданное сочувствие к тому. Теперь-то Первый понимал, что заставило его так варварски разорить водоем в макете.
Лилит тем временем уверенными движениями закутывалась в очередное подношение. Первый обратил внимание, что — в отличие от подсмотренной им сцены в макете — она не просто накидывала ветви себе на шею и плечи, а переплетала их, чтобы они плотнее сидели на теле и не мешали движениям. Так, за жилище можно быть спокойным, даже в более неблагоприятных условиях, с удовлетворением подумал он. Пора переходить к другим жизненно важным потребностям.
— Кушать? — вопросительно глянул он на нее.
Она с готовностью закивала.
В эту копию макета Первый после Творца поместил больше цветов, чем съедобных плодов. Во-первых, чтобы первородные не стали ограничиваться ими, а начали охотиться на зверьков, чтобы обеспечить себя не только пищей, но и согревающим покровом в преддверии холодов. И во-вторых, он расположил эти плоды выше на деревьях, чем в макете — чтобы первородные научились перемещаться не только горизонтально, но и вертикально, что должно было подготовить их к освоению гористых участков планеты.
Он подвел Лилит к одному из деревьев и показал ей грозди ярко-желтых плодов, виднеющихся среди листвы у них над головами. Он специально сделал их легко различимыми на фоне зелени и чрезвычайно аппетитными даже с виду.
Лилит проследила взглядом за его рукой, смерила им расстояние до плодов — и уголки губ у нее разочарованно опустились. Чуть пожав плечами, она принялась оглядываться в поисках более доступной пищи.
— Нет, — остановил ее Первый. — Нужно туда, — показал он ей руками, как подтягиваться, перебираясь с ветки на ветку.
Лилит скептически изогнула бровь, но подошла ближе к дереву, подпрыгнула, ухватилась руками за самую нижнюю ветку, попыталась повторить показанное им движение … и тут же взвизгнула, разжала руки и кулем свалилась на землю, съежившись, сложив перед лицом ладони и дуя на них.
Первому пришлось прервать обучение ее жизни на планете и отвести ее к водоему, куда она опустила руки и держала их там, пока не остановилась кровь. М-да, мрачно подумал Первый, вообще-то добыванием пищи полагалось заниматься первородному — для того и был он снабжен более грубой кожей.
С другой стороны, этот неудачный эксперимент дал ему возможность сразу показать Лилит альтернативные источники питания. Еще раз убедившись, что царапины у нее на руках уже затянулись, он поманил ее склониться над водоемом.
— Смотри, — ткнул он пальцем в медленно скользящих в глубине подводных обитателей. — Кушать.