Но одно отличие между резиденцией Творца и его собственной все же существовало. К нему можно было попасть — и из макета, и из самой башни — беспрепятственно, в то время как доступ к Творцу находился в руках Второго. В большинстве случаев Первого вполне устраивало наличие посредника, подготавливающего Творца к встрече с ним, но не сегодня.
— Он занят? — спросил он, входя в небольшую комнату, в которой не было ничего, кроме огромного рабочего стола и массивного кресла позади него.
Несмотря на размеры стола, в комнате явно доминировало это кресло — темного дерева, богато украшенного резьбой, с высокой спинкой и широкими подлокотниками. Оно располагалось так, что входящий сразу оказывался перед лицом его хозяина, и притягивало взгляд подавляющим сочетанием величественности и неудобства. Одна-единственная, кроме входной, дверь в стене позади него и немного справа просто терялась на его фоне.
— Как всегда, — поднял Второй, сидящий в кресле, глаза от заваленного стопками бумаг стола. — Добрый день.
— Добрый, — торопливо отдал Первый дань уже прочно установившимся в его отсутствие условностям. — Мне совсем немного времени нужно. Это по поводу моего проекта.
— Он закончен? — вскинул Второй брови в вежливом интересе. — Я доложу Творцу, что ты — наконец-то — нашел предел совершенства. Думаю, он охотно санкционирует перевод туда твоих первородных — их пребывание в макете уже перешло все границы чрезвычайных обстоятельств.
— Твое дело — доложить, что я пришел, — коротко заметил Первый, не имея ни малейшего желания нести ответственность за неправильную трактовку его слов Вторым.
— Боюсь, этого недостаточно, чтобы нарушить его график, — бесстрастно отпарировал тот.
— Хорошо, — поморщился Первый от неизбежности посвящения этого истукана в недоступные его пониманию особенности уникального мира. — Тогда скажи ему, что проект еще не совсем закончен, но, в целом, готов для переселения первородных. Собственно говоря, оно уже состоялось, но частично. Первородная уже на месте, а ее спутник вот-вот к ней присоединится.
— Что ты сказал? — медленно проговорил Второй, брови которого на сей раз поползли вверх совсем не вежливо.
— Иди и доложи, — нетерпеливо мотнул головой Первый в сторону невзрачной двери. — Я не к тебе на прием пришел.
Первый был почти уверен, что даже такие обрывки его новостей не оставят Творца равнодушным. И тот его принял — причем немедленно. О чем ему сообщил Второй, вынырнув с кислой миной из-за незаметной двери через какие-то пару минут после того, как скрылся за ней.
А вот это уже был не очень хороший знак. Дружеского радушия Первый конечно же не ожидал — давно прошли те времена, когда Творец выходил ему навстречу при каждом его появлении. Но если он без раздумий отложил все свои дела вместо того, чтобы наказать чрезмерно настойчивого посетителя долгим ожиданием — значит, его неравнодушие сразу приняло форму грозового шторма.
Опасения Первого подтвердились при виде мрачно насупленных бровей на потемневшем лице Творца и острого, бьющего напряжением взгляда из-под них.
Апартаменты Творца оставляли такое же впечатление строгой аскетичности, как и приемная Второго, хотя и были лучше обставлены. Присесть, однако, хозяин кабинета Первому так и не предложил. Он вообще не произносил ни звука и даже рукой не подал знак приступать к докладу. Первый заговорил сам — все быстрее и быстрее, чтобы успеть представить Творцу полный доклад до того, как тот похоронит все его аргументы под знаменитыми громами и молниями.
Гроза, однако, задерживалась, хотя сам воздух между Творцом и Первым уже, казалось, дрожал от напряжения. И когда Творец, наконец, заговорил, Первый поежился — сейчас он бы уже однозначно предпочел крик и грохот ломающейся мебели этому негромкому голосу и размеренному тону.
— Вы хотите сказать, — произнес Творец, пристально разглядывая Первого поверх переплетенных перед лицом пальцев, — что показались обитателю созданного мира?
— Да не специально же! — запальчиво возразил тот, раздумывая, что будет дальше, если Творец начал с одного из самых серьезных нарушений законов. — Она меня врасплох застала, когда я к себе возвращался.
— Вы хотите сказать, — никак не отреагировал Творец на его вспышку, — что не обеспечили полную замкнутость макета?
— Обеспечил — в рамках выделенных средств, — ухватился Первый за любимый аргумент Творца. — Полная показалась мне излишней — их пребывание там изначально было временным. И ее паре, между прочим, — добавил он, чтобы отвлечь недовольство Творца от Лилит, — полагалось собой все ее внимание занимать.