С десяток плодов выкатилось из травы прямо под ноги Еве — она ахнула, схватила, сколько в руку вместилось, и стремглав бросилась назад.
Остальные плоды тут же снова буквально сдуло назад в их укрытия.
Ну, ты же видишь, как у них все устроено! — усилил Первый мысленный нажим. Я этого тоже не понимаю, но лишать его пищи — сначала она с голоду умрет. А с детенышем ее что будет? Он тебе что сделал?
Спустя несколько минут полной тишины — даже ни один листик не шелохнулся, и все пернатые вдруг онемели — один плод рядом с Первым оторвался от ветки и медленно, словно неохотно, спланировал на землю.
Потом другой.
А потом они посыпались градом.
Первый благоразумно взлетел над деревом.
Через некоторое время выяснилось, что достучаться до милосердия мира оказалось проще — как ни трудно было Первому в это поверить — чем откопать хоть какие-то зачатки сообразительности в Еве.
Особенно на фоне изобретательности Лилит — давно уже ставшей неотъемлемой частью их жизни, в которой большинство ежедневных проблем решалось еще до того, как он успевал их даже заметить.
Ева же так и носилась со своим скудным уловом десятки, если не сотни раз в день.
Даже не подумав сложить его в подол своих покровов.
Даже не глянув на плетеную корзинку, которую Первый стащил из их с Лилит пристанища и поместил прямо на пути Евы.
Даже не догадавшись принести ее, наполненную плодами самим Первым, назад за новой добычей.
А чего, собственно, от нее ждать, — крякнул про себя Первый с досадой, — если она — копия Адама, образ которого он сам недостаточно проработал еще тогда, давным-давно, в своей башне.
О последней, кстати, Первый не раз вспоминал все это время.
Но вовсе не по своей воле.
Первый вызов мысленной связи пришел сразу после их с Лилит единственной попытки познакомиться с новыми соседями — он отбросил его, старательно и многословно отвлекая Лилит от гнетущего впечатления.
Следующий ворвался в его сознание, как только он добрался до коварного водоема — об ответе не могло быть и речи, поскольку все его внимание было сосредоточено на отражении ожидаемой, хотя так и не последовавшей, атаки мира.
Затем запрос поступил, когда Малыш нырнул под особо колючий кустарник — и он доставал его оттуда, приняв все шипы на себя.
Еще один сигнал застал его в куда более неподходящий момент — он долго сидел в засаде, ожидая, пока Лилит отвернется, и, схватив ту самую плетеную корзинку для Евы, как раз отползал с ней за пределы видимости Лилит.
Но внеся в жизнь Евы некое подобие цивилизованности, он почувствовал себя в полном праве вернуться — на короткое время дневного сна Малыша — к своей давней привычке просто парить над своим миром, наслаждаясь его разнообразием и гармонией.
На всякий случай в невидимом состоянии, чтобы мир не оскорбился тем, что за ним подглядывают.
Тогда-то и настиг его очередной вызов.
Глава 14.3
Он сбросил его автоматически, по инерции, даже не успев подумать. И затем уже сознательно запретил себе посылать ответный сигнал — в конце концов, может он себе позволить хоть пару минут ничем — еще раз: ничем! — не омраченного покоя?
В голове у него взорвался следующий вызов.
А потом — без малейшего перерыва — еще один.
— Слушаю, — рявкнул он в ответ резче обычного, но мягче, чем хотелось.
— У Вас что-то произошло? — зазвенел у него в ушах напряженный голос его помощника.
Интересно, с чего начать? — мысленно усмехнулся Первый, но ответил коротко, чтобы не затягивать разговор:
— Нет, все в норме. Чего хотел-то?
— У нас тут слухи разные циркулируют, — медленно продолжил его помощник, словно подбирая слова. — О неких радикальных переменах в Вашем мире. Вы не могли бы наведаться к нам ненадолго, чтобы прояснить ситуацию?
Знаю я это ненадолго, снова хмыкнул про себя Первый: во-первых, время в моем мире иначе течет, а во-вторых, вся моя команда категорией вечности мыслит.
— Не могу, — категорически отрезал он. — Дел столько, что ни минуты свободной нет. Составьте список интересующих вас вопросов — отвечу по мере возможности.
— А можно я этот список Вам прямо сейчас передам? — явно оживился его помощник. — Лично.
Так, пожалуй, даже лучше, задумался Первый — если список готов, сколько времени нужно, чтобы из рук в руки его передать?
— На том же месте, где я тебя в прошлый раз пришпилил, — довольно хохотнул он. — И в том же виде. Новые покровы уже себе создал?
— Давно, — мгновенно отозвался его помощник. — Лечу.
И он таки прилетел раньше Первого — сказалось, вне всякого сомнения, отсутствие физических упражнений и в зимнее, и в добровольное затворничество Первого.
Но он все же не отказал себе в удовольствии перейти в видимое состояние прямо перед носом громадного быка — и тот таки шарахнулся в сторону, вытряхнув из себя помощника Первого.
— Как Вы это …? — ошеломленно пробормотал он, выпрямляясь.
— Это что, первый вопрос? — не стал терять время Первый. — Добавляйте к остальным — я их в памяти держать не буду. Где список?
— Да у нас не так вопросы к Вам, — медленно протянул его помощник, бросая на него осторожные взгляды, — как предложение. Или даже просьба.
Ну, начинается, поморщился Первый, а у меня максимум час остался.
— Одно предложение, — отрезал он, — и одна просьба. Кратко и по существу.
— Ваш мир не имеет прецедентов, — с готовностью принял его условия помощник. — А сейчас он вообще уникален. Во-первых, в него ушли Вы, и во-вторых, в нем трое первородных.
— Откуда …? — прищурился Первый.
— Говорят, — пожал плечами его помощник. — Все. О внештатной ситуации и нарушении баланса.
Ну, молодец, Второй, сжал зубы Первый, сначала создал внештатную ситуацию, нарушив баланс в чужом мире, и потом этим же его и дискредитирует.
— Дальше, — бросил он своему помощнику.
— Позвольте нам изучать Ваш мир, — произнес тот на одном дыхании.
— Что? — Первому показалось, что он ослышался. — Это еще с какой стати?
— Мы знаем, что Вы создавали его для себя, — такой же скороговоркой продолжил его помощник, — но он уже явно вышел за рамки простого эксперимента и развивается по совершенно нестандартному пути. Такой опыт, такие знания не должны пропасть. Они могут быть применены к другим мирам — у нас огромное количество запросов …
— С каких это пор мы возвращаемся к законченным проектам? — перебил его Первый. — Я же сказал вам: только информацию о сбоях в них изучать.
— С тех пор, как Вы в свой мир ушли, — глянул на него исподлобья его помощник. — Владельцы многих миров интересуются, почему у них такого же права нет.
— Вот разрешение на это в другой башне получат — и вперед! — рассмеялся Первый, представив себе физиономию Второго при чтении подобных запросов.
— Уже заявления подали, — уверил его помощник. — Но если они его получат, мы хотим быть готовы к внесению тех или иных изменений в их миры. По опыту Вашего. Мы никак не помешаем: будем находиться здесь в облике обычного обитателя, — кивнул он в сторону покровов быка, — если Вы дадите нам доступ к их наброскам в проекте.
— Что-то я не помню такой просьбы перед твоим здесь появлением, — не преминул Первый напомнить ему о самовольстве.
— Но Вы же передали мне свои полномочия, — уверенно парировал тот, — а для остальных я спрашиваю Вашего разрешения.
— Ладно. — Первый просто чувствовал, как утекают последние минуты его драгоценного часа. — Но только в самом не выделяющемся виде, — ткнул он пальцем в те же покровы, — и не чаще раза в месяц.
— Что такое месяц? — озадаченно нахмурился его помощник.
— Э … — Первый замялся — давать своей команде доступ ко всем материалам его личного проекта ему совсем не улыбалось. — Это … примерно … промежуток времени между твоим прошлым вызовом и этим.