Реор хотел что-то сказать, но передумал. Вместо этого навесил спесивую морду сьюмена, много лет воевавшего в космосе.
«Ага, и, наверняка, большую часть времени этот «космос» ограничивался столичным кабинетом».
Сергей предположил бы еще много других вопросов министру обороны, но Лана больше не задавала. А потом вообще перешла к другим темам.
Однако, когда в конце заседания Лана по старинному обычаю поинтересовалась, нет ли у каких мнений, вице-адмирал Логинов вновь затронул проблему защиты планеты.
Бирюзовая – это не только столица сьюмен с большим количеством административных учреждений. Не только могучая промышленность. Бирюзовая – это ещепрародина сьюменов.
Падение его даже на некоторое время скажется очень негативно, что я настаиваю – планету должен защищать стационарный флот без права отправки ее куда-то, как бы это не оказалось целесообразно.
Это умеренное, в общем-то, предложение вызвало такой ажиотаж, как будто он предложил отдать Бирюзовую. Лана и Тэл вдвоем кое-как их утихомирили.
К полудню Лана под предлогом обеда завершила заседание. «И правильно сделала. После того, как они провалили ключевой вопрос защиты планеты, можно было уже тогда закончить имперские посиделки».
За эту крамольную мысль Сергей получил от Ланы очередной щелчок по лбу. Точнее сказать, с учетом болезненности щелчков, она сделала его имитацию, коснувшись пальцем лба.
Сергей дернулся, но скорее от неожиданности, чем от боли. Зато в качествекомпенсации она самолично налила ему полную тарелку супа. Сервис. Потом спросила:
«У вас есть какие-то мысли, что нам делать, господин вице-адмирал?»
- М-м, - определил Сергей, - когда я служил в полку «МИГ-51» земного флота местный повар совсем не умел готовить суп. Такая баланда, не обед, а питательное недоразумение. А вот это хороший суп! Замечательный повар! Хотел бы я с ним познакомиться и сказать ему большое спасибо!
«Ей нет еще тридцати и она ослепительно красива», - сердито протелепатировала Лана.
- Ну не знаю, - глубокомысленно сказал Сергей.
«Что не знаешь, - вцепилась Лана, - познакомиться или подумать?»
Сергей глубокомысленно посмотрел на нее:
- Я не знаю, насколько сексуальны мужчины-сьюмены, но, как мужчину из людей, ты меня явно преувеличиваешь. Я с большим трудом справляюсь с тобой, - дирижируя ложкой, объяснил Сергей. Беременная женщина проходит через постоянные эмоциональные срывы. Да еще эта политика! Как тут не будешь ревновать!
Поэтому он был спокоен и терпеливо пояснял своей жене тривиальные вещи, хотя в ином случае мог бы просто наорать на нее.
«Но сейчас я беременна и не могу заниматься супружескими обязанностями», - возразила Лана. Опять подслушивает его мысли?
- И что, я должен бегать за каждой юбкой? - откровенно удивился Сергей, - вы, сьюмен, находитесь в состоянии беременности, как мне говорили, от тринадцати до пятнадцати месяцев в зависимости от аккумуляции женским организмом энергии. Но у нас женщины тоже находятся беременными около девяти месяцев. И я не видел, по крайней мере, у большинства мужчин, сексуальные игры с другими женщинами. Мы не сьюи (местные кролики).
Лана засмущалась от этой экспрессивно речи и попросила:
«Извини меня, пожалуйста. Сама не знаю, что на меня нашло. Давай лучше поговорим о других нужных вопросов».
- Нет вопросов. Когда ты не капризничаешь, ты такая лапушка. Поговорим о важной проблеме – прорыве врага к Бирюзовой. Но перед этим, скажи, милая о своих прерогативах, а то я в твоих возможностях до конца не разбираюсь. Что ты можешь?
Он спросил и с интересом смотрел, как его жена засмеялись, словно он выродился занятной байкой.
Слышать смех Ланы можно было до бесконечности – искристый, звонкий, отдающийся колокольчиками
Если бы не причина…
Глядя на удивленный взгляд своего мужчины, Лана пояснила:
«Смех был вызван не твоим вопросом, а моим положением».
Она кокетливо улыбнулась: «Милый, ты ведь не разлюбил меня, не смотря на мои капризы?»
Женщины любят и желают, когда ими любуются и вслух об этом объявляют. И когда мужчины не торопятся это делать, напрашиваются. Это не каприз, а желание узнать, будет ли их ребенок защищен своим мужчиной.
Будучи уже не молокососом, Сергей не торопился возмущаться (особенно Кирьянов). Наоборот, подыграв ей, он обхватил ее, посадил ее себе на колени и использовал все свое красноречие, чтобы объяснить, какая она прелестная и как ему повезло, что он нашел ее. И как он любит, свою прекрасную голубку.