- Что ты хотела Свете рассказать? - тихо спросил мой ангел, наклоняясь ко мне.
Вот теперь я струхнула по-настоящему.
- Ну, все, - забормотала я, вжав голову в плечи и косясь в сторону. - В общих чертах. Про Дениса и нашу с Мариной размолвку. Не называя имен и не вдаваясь в подробности. Но Марина лучшую историю придумала. И не смей на меня орать, - на всякий случай перешла я на октаву выше, - бабка сейчас милицию вызовет!
- Милицию. - Он привалился спиной к противоположной стене, отдуваясь. - Значит, милиции ты боишься, а секреты, которые клещами из меня вытянула, направо и налево разбалтывать - это тебе нипочем? Меня под очередное служебное расследование подставить - и Тошу заодно! - это тебе вообще наплевать, да?
- Не направо и налево, а Светке! - обиделась я. - И ничего я из тебя не вытягивала - сам все рассказал, и ничего тебе за это не сделали! И посоветоваться с тобой я, между прочим, собиралась. Потом. Я же не сегодня думала Светке все рассказывать. Я просто хотела сначала Маринино мнение узнать - как главной участницы...
- Как кого? - Мой ангел оглушительно расхохотался. - Нет-нет, я не спорю, - помахал он рукой, когда я открыла рот, - Дениса она в лужу красиво посадила, но я хотел бы посмотреть, что бы у нее вышло, если бы Стас каждый ее шаг, как курица-наседка, не страховал...
- Кто? - переспросила я.
- Стас, - повторил мой ангел. - Тот, который Дениса отсюда увел. Руководитель отдела карателей.
Я вспомнила мускулистого парня неприятной наружности, который появился у нас перед самым Новым Годом. А ведь действительно - он вместе с Денисом пропал, когда мы с Мариной из кухни вернулись.
- Слушай, может, нам уже на работу пора? - тихо спросила я.
- Чего это? - настороженно глянул он на меня.
- Мы, по-моему, переобщались, - ответила я, глядя в пол. - Вон ты своих вспоминать начал - значит, скучно тебе уже.
- Да нет, Татьяна, с тобой соскучиться я как-то не успеваю, - хмыкнул он. - А насчет своих - кто народ сегодня собрал? С тобой общаться я сутками готов - но только наедине, чтобы никто тебя бредовыми идеями не отвлекал. Так что передай Марине...
- Сам и передашь, - буркнула я. - Шестнадцатого. Ты, по-моему, под Новый Год обещал отныне в самом непосредственном контакте с ней находиться.
- Обещал. На свою голову, - вздохнул он и, зайдя мне за спину, обхватил за плечи. - И Стасу обещал присмотреть, чтобы она, сломя голову, в первое попавшееся осиное гнездо не ринулась, - пробормотал он мне на ухо и добавил еще тише, подталкивая меня к спальне: - И никого другого за собой туда не утащила.
Глава 2.3
Ближайшие несколько дней у меня все не шли из головы Маринины рассуждения о том, что нужно давать сдачи и держать зло в страхе. Чего-то в них не хватало. И только после встречи с родителями я поняла чего - терпения. А может, мысли об отдаленных последствиях.
Встретились мы с ними по традиции на Рождество - начали, по давно заведенному обычаю, с обеда, во время которого был подведен итог нашим достижениям (поскольку на сей раз у нас собрались), после чего последовали их советы по дальнейшему благоустройству нашей жизни. Я слушала, как они, привычно сменяя друг друга, рассказывают нам, как, что и когда делать, и вдруг поймала себя на том, что меня это совершенно не раздражает.
Сколько раз, подумала я, мы с ними доводили друг друга до белого каления, сколько раз они говорили мне такие вещи, что в ответ мне хотелось только орать, чтобы они оставили меня в покое со своими опостылевшими поучениями, и что? Сдержаться мне далеко не всегда удавалось, но в большинстве случаев что-то все же останавливало меня перед тем, чтобы - в ответ на унизительное, как мне тогда казалось, пренебрежение к моему пониманию вещей - дать им сдачи, да побольнее, как Марина предлагала. Сидела где-то внутри неосознанная надежда, что однажды мы сможем услышать друг друга - нужно только, сцепив зубы, дождаться этого момента. И, если уж быть до конца откровенной, питалась эта надежда - столько лет! - какой-то отчаянной потребностью в их одобрении.
Я поняла это, когда они принялись хвалить - сдержанно, с оговорками, но хвалить - наш ремонт, наш переезд, вид из окна и здоровую атмосферу нашего района, наш обед и внимательное отношение к правильному питанию. Внутри меня вдруг забулькал теплый фонтанчик полного удовлетворения. И благодарности. До меня вдруг дошло, что они смотрят на жизнь с расстояния в двадцать лет из моего будущего. И для них эти двадцать лет уже утрамбовались в плотный слиток чистейшего опыта, выдавив из их сознания воспоминания о безрассудном любопытстве, безграничной уверенности в своих силах, горькой обиде на обстоятельства при неудачах и яростном стремлении доказать, что они тебя не сломят.