И потом - у мужа ведь такая ответственная работа! Он и по вечерам почти каждый день задерживается, и по выходным не всегда ему отдохнуть удается, если на совещание вызывают. А тут еще и она его в мелкие бабьи дрязги втравить хочет.
К ее размышлениям с готовностью подключился тихий внутренний голос. А и правда - не лучше ли призадуматься, где она сама ошибку допустила? В любом ведь конфликте вина на обеих сторонах лежит. Она ведь действительно никогда не прикладывала никаких усилий для поддержания теплых, доверительных отношений с соседями. Откуда же им знать, что у нее на уме, да и на душе тоже? Вот и сегодня - не в том дело, что врать не стала. Как она будет детей честности учить, если сама о ней забывать начнет? Но ведь могла же объяснить соседке - спокойно, доходчиво, вот у подъезда хотя бы - что в школу опаздывала, что некрасиво учительницу задерживать...
Та, которую позже назвали Мариной, решила непременно извиниться перед Ниной Петровной - и в самое ближайшее время.
К приезду мужа ужин был готов. Лишь только прозвенел звонок, дети ринулись в переднюю. Пока они тормошили там отца, она успела накрыть на стол.
- Папа, папа, ужинать - скоро сказка! - вырвался из общего гама голос дочки.
- Ну, тогда быстро - мыть руки, - бодро скомандовал муж.
- Я - второй, - мгновенно отозвался сын.
Она мысленно улыбнулась. Кто был в их семье во всем первым, у детей сомнения не вызывало. Вот и пример сыну, что настоящее уважение не на боязни строится.
- А мама сосиски купила! - гордо сообщила дочка, отобрав у брата право первой объявить великую новость.
- Да? - В голосе мужа послышалась непонятная усмешка.
В кухне все уселись за стол, и муж сказал, сокрушенно кивая головой: - Я тут думал вас всех порадовать, но раз уж мама купила сосиски...
И он вытащил из портфеля завернутую в тонкую вощеную бумагу палку сырокопченой колбасы.
- О! - При виде редкого лакомства у детей округлились глаза, которые они тут же перевели с мольбой на отца.
- Нет, нет, нет! - важно покачал он указательным пальцем. - Ужин уже готов, а с этим завтра бутерброды в школу возьмете. Если быстро спать сегодня ляжете, - добавил он тоном, не допускающим возражений.
Та, которую позже назвали Мариной, похолодела. Хлеб! Она ведь так его и не купила! Вчерашний за ужином еще сойдет, но завтра им только гвозди можно будет забивать.
- Насчет бутербродов мы подумаем, - быстро произнесла она.
- Это еще почему? - удивился муж.
- Ты ничего не хочешь папе рассказать? - обратилась она к сыну.
Тот насупился, уткнувшись в свою тарелку.
- Я слушаю. - В голосе мужа прозвучала железная нотка.
Ковыряя вилкой в тарелке, сын выпалил скороговоркой: - Сегодня в столовке меня Вовка из очереди за молоком выпихнул, а я ему фингал поставил. Почти, - запнувшись, добавил он.
- Так поставил или почти? - спросил муж, не сдерживая усмешки.
- Завтра узнаю, - буркнул сын.
- Не забудь рассказать, - сказал муж, придвигая к себе тарелку. - Что еще новенького?
Сын бросил на сестру торжествующий взгляд и энергично принялся за ужин. Дочка удивленно глянула на отца и разочарованно вздохнула.
- Подожди, подожди! - вмешалась та, которую позже назвали Мариной, поворачиваясь к мужу. - Что это он должен будет тебе рассказывать? Он сегодня подрался - тебе этого недостаточно?
- Насколько я понял, - спокойно отозвался муж, - он не просто подрался, а дал сдачи. И я хочу узнать, насколько результативно. Решительные методы должны давать весомые результаты, иначе грош им цена.
- Результативно? - возмутилась она, не веря своим ушам. - Его реакция была совершенно неадекватной! Его всего лишь толкнули - возможно, случайно - а он в ответ руки распустил.
- Вот больше толкать и не будут, - пожал плечами муж.
Дети уже забыли об ужине, глядя во все глаза на родителей. Лицо сына медленно расплывалось в победной улыбке, во взгляде дочери появилась некая задумчивость. Та, которую позже назвали Мариной, почувствовала, что обещанная учительнице воспитательная беседа разворачивается в каком-то не том направлении. Единственным разумным выходом было немедленно прекратить этот разговор, а затем, наедине, напомнить мужу, что когда принципы воспитания в семье и школе не совпадают, в проигрыше обычно остаются дети.
Тихий внутренний голос задумчиво пробормотал, что если принципы воспитания в школе оказываются более достойными, ничто не мешает ей встать на их защиту. Раз уж случилось спорить в присутствии детей, можно на наглядном примере показать им, что папа нам друг, но истина дороже. Как бы только ему дать знать, какую именно истину планируется найти в этом споре?