- Так что, пусть у него самым весомым аргументом будет кулак? - негромко спросила она, делая мужу страшные глаза.
- Еще чего! - возмутился муж, и она с облегчением вздохнула. - Если он сам в драку полезет, то я ему первым ремня всыплю.
- Вот видишь, - удовлетворенно обратилась она к сыну, - а ты кричал, что папа завтра в школу придет.
- М-да? - прищурился муж. - С чего это ты так решил?
Сын опять сник.
- Чтобы он ко мне не лез больше... - невнятно пробормотал он, не поднимая глаз от стола.
- За мою спину, значит, спрятаться решил? - нехорошо усмехнулся муж. - Нет уж, парень, если решил отпор дать, то стой уже до конца. И разбирайся на равных, тяжелой артиллерией не прикрывайся.
- Да что ты говоришь, в самом деле! - не выдержала та, которую позже назвали Мариной. - Он доразбирается! А если завтра родители этого Вовки в школу придут? Жаловаться? Нас потом - что, к директору? А его в милицию на учет?
- А я и хотел сам, - подхватил сын со слезами обиды в голосе, - а училка начала орать, что меня из школы исключат.
- Вот тогда я в школу и пойду, - жестко ответил муж. - Если они из обычной мальчишеской потасовки дело раздувать начнут, тогда я с ними говорить буду - на равных. С учителями тягаться у него еще нос не дорос.
- Ну, давай, учи его, что когда вырастет, кому угодно хамить сможет, - бросила она в сердцах, проклиная себя за то, что не прекратила этот разговор в самом начале.
- Не хамить, - так же резко отозвался муж, - а отстаивать себя. Он - мужчина, и ему нужно этому учиться. И начинать лучше с простых, незначительных случаев, чтобы знал, что делать, когда ему в серьезном деле поперек дороги станут.
- Вот он мне сегодня и сказал, - прищурилась она, пытаясь внушить мужу, какие выводы может сделать мальчик из его слов, - что когда вырастет, его все уважать и бояться будут. А не будут - он их всех на машине переедет.
- Пусть ее сначала купит, - фыркнул муж. - А если серьезно - насчет бояться не знаю, а вот уважать себя ему придется других заставить. Чтобы и в споре его слушали, не перебивали, и в спину ткнуть не решались. И уважение это в день совершеннолетия к нему - само собой - не придет. Ему придется его добиться. Именно поэтому не буду я никуда бегать и защищать его, но и шпынять его за то, что сдачи дал, тоже не стану.
- Папа, а мне тоже нужно сдачи давать? - подала вдруг голос задумчиво молчавшая до сих пор дочка.
- Да нет, малыш, - улыбнулся муж. - Девочкам драться не к лицу.
- Почему? - обиженно надулась дочка. - Девочек, значит, можно и толкать, и перебивать?
- Ну, зачем же? - удивился муж. - Девочке нужно быть терпеливой и отходчивой. Она должна учиться вести себя так, чтобы никому не хотелось толкнуть ее. А если ее перебивают, значит, не к месту она заговорила, и лучше ей подождать, пока ее услышать захотят. А то начнет кричать в ответ - и вырастет в толстую и злющую тетку.
- А-а, - понимающе кивнула дочка, - как эта тетка сегодня возле подъезда...
- А вот ей, по-моему, и нужно было сдачи дать, - угрюмо буркнул сын.
Муж вопросительно посмотрел на ту, которую позже назвали Мариной. Она неловко заерзала на табуретке. Вот тебе и на - кто же знал, что дети не только поймут, о чем речь шла, но еще и отцу доложат об инциденте. Фраза сына всколыхнула в ее душе теплую волну благодарности - вот оглянуться не успела, а уже защитник подрастает. Но тихий внутренний голос напомнил ей слова мужа о том, что недостойно укрываться позади тяжелой артиллерии. Вот именно - не будет она жаловаться мужу. Уж чем-чем, а терпением и отходчивостью ее при рождении не обделили.
- Мне кажется, сказка уже начинается, - проговорил муж, глянув на часы. Детей словно ветром сдуло из кухни.
- После сказки немедленно готовиться ко сну, - бросил им вдогонку муж, и повернулся к той, которую позже назвали Мариной: - Так что сегодня случилось?
- Так, ерунда, не о чем и говорить, - отмахнулась она, потянувшись за тарелками, чтобы отнести их в мойку.
- Выкладывай, - коротко велел муж, пригвоздив ее взглядом к табуретке. - Если уж дети что-то заметили, значит, скандал случился немалый.
Глава 1.3
Та, которую позже назвали Мариной, поняла, что отговорками отделаться не удастся. Как всегда. Она рассказала мужу об инциденте в магазине и о том, чем он продолжился во дворе. Она старалась придерживаться только фактов, опустив особо красочные эпитеты и описание своих чувств, а также тот факт, что в скандале фигурировало и его имя - рассказ получился сбивчивым и невнятным.
- Я только очень тебя прошу, - добавила она под конец, не нужно принимать никаких мер. Она - просто такой человек: сегодня покричала, завтра забыла. А если ты вмешаешься, то только масла в огонь подольешь.