— Ты на обед чего отведать хочешь?
— Ну… не знаю.
— Ну как понять не знаю?
— Ну вот так вот, Ма…
— Ой, тоже мне тут мозг не еби, думай резче, я устала, сейчас сварганю что-то быренько, и там у меня уже сериал начнется.
Пока думала, что хочу на обед, то снова провалилась в сон. Но мать была настырной и не дала отдохнуть. Через минут пять она пришла и опять начала задавать мне тот же вопрос.
— Ну, так че надумала? — Спросила она с тарелкой и губкой для мытья посуды в руках.
— Гречку с курицей — было бы круто. — Ответила я расхлябанно.
— Это круто, конечно, но пиздуй-ка тогда в магазинчик — жрать дома нечего.
Еще немного понежившись уже в полу остывшей воде, вылезла из нее, вытерлась полотенцем и накинула на себя теплый махровый халат.
Зайдя на кухню, увидела, что мама по-прежнему моет посуду. Я села на стул, закинула ногу на ногу и рассказала ей хорошую новость — меня взяли на работу официанткой, где хороший график и нормально платят. Мы обменялись стандартными фразами, мол, у кого как день прошел и что нового. В моменте встала и достала пачку из нового блока сигарет, который лежал на подоконнике, одну сижку подкурила зажигалкой, лежавшей там же.
— Дай мне тоже одну. — сказала мать и протянула руку.
— А твои где?
— Где, где? В пизде, не жадничай.
— На… — Я положила в ладонь матери пачку и зажигалку.
— Не забывай… — Она подкурила, затянулась и продолжила. — На чьи деньги куплено.
Докурив сигарету и туша ее об пепельницу мать сказала напоследок:
— Я пошла схожу в ванну, а ты в магазин сходи. Деньги на столе лежат. Еще форточку открой, а то опять провоняли…
Подойдя к окну, открыла его на проветривание, взяла телефон в руки и решила глянуть написал ли мне что-то Йунги, но увидев, что мое сообщение все еще не прочитано, очень расстроилась, выключила смартфон и отложила в сторону, после чего собралась и побежала в магазин с мокрой головой, ведь очень хотела наконец-то поесть в первый раз за весь день.
Выходя из подъезда засунула наушники в уши, включила приятную музыку и пошла в магазин. До ближайшего нужно было пиздюхать минут десять-пятнадцать быстрым шагом, а моим, вальяжным и чилловым, — все двадцать пять-тридцать. Я шла, наслаждалась прекрасной осенней, дождливой погодой и рассматривала проезжающие машины, раздумывая какие в них могут сидеть люди, чем они занимаются в жизни, сколько им лет, есть ли у них вторая половина, кем работают и прочее.
Спустя чуть менее получаса моего похода, я все же дошла до места назначения. В магазине долго ходила, гуляла и думала, что бы мне купить. Остановилась на гречке, курином филе, паре жвачек и чупа-чупсов, которые взяла на кассе.
Когда вышла из здания, закурила сигаретку и пошла домой. Где-то на середине дороги достала чупа-чупс и начала рассасывать. Возле меня медленно и долго ехала черная машина с полностью тонированными стеклами. Не могла понять кто это и чего от меня хочет — ничего и никого не было видно. В какой-то момент она проехала чуть дальше меня и остановилась, я опустила взгляд в землю и пошла быстрее.
— Подвезти? — Послышался знакомый голос.
Я подняла глаза на стоящую рядом со мной машину и ахуела. Пассажирское переднее стекло было опущено и оттуда выглядывал… мой директор.
— Что, простите? — Спросила я, опешив.
— Подвести, говорю? — Повторил он вопрос с ехидной улыбкой.
— Не нужно, спасибо…
— Это у тебя такой образ? Ходить с мокрыми волосами? На собеседовании ты была такой же. — Он ухмыльнулся, говоря последние пару слов.
— Нет, просто я…
Даже не знала, что сказать, ведь мне было безумно стыдно. Опять с мокрой головой, одета хуй знает во что — накинула первое, что под руку попалось.
— Садись, не обижай меня! — Прервал он тишину, созданную мной.
Я совсем не знала, что делать. Ехать — как-то странно, он все-таки мой босс, не ехать — не красиво, мне два раза предложили.
— Да, спасибо. — Сказала и села на заднее сидение, до этого нелепо затаскивая прозрачный пакет с едой в машину.
Всю дорогу мы молчали — и Слава Богу! Правда он постоянно поглядывал на меня через зеркало заднего вида, но это мелочи… Когда мы подъехали, то я сразу выскочила из машины и побежала к подъезду, по дороге говоря: