Эта троица в такие дела ввязалась, что моему ангелу пришлось вмешиваться - в самом прямом смысле спасать жизнь Марины и вызывать на землю ее бывшего ангела-хранителя. Чтобы предоставить им обоим по второму шансу: ей - перевоспитывать оступившегося ангела вместо земных преступников, ему - попытаться с ней справиться и реабилитироваться в своих собственных глазах.
Но в этом году мы решили соблюсти все традиции. И елку нарядили, и возле плиты мой ангел чуть ли не полдня провел, и всем друзьям мы твердо заявили, что Новый Год - праздник особый, и встречать его нужно в семейном кругу. Даже с подарками как-то изловчились, хотя я никуда не могла выйти, чтобы моему ангелу что-нибудь подыскать, и себе ничего не смогла придумать, сколько он меня ни спрашивал. В конечном счете, он вручил мне бутылку детского шампанского, а я ему - все, что он после переезда найти не мог. Включая плавки.
Но без сюрпризов и на этот раз не обошлось.
Игорь с самого утра почувствовал, что этот день как-то отличается от остальных. В воздухе, наверно, праздничное настроение носилось. Мы и коляску на улицу зря брали - он все равно все время у моего ангела на руках провел, вдохновенно откручивая ему нос и уши. Когда у того на лице стали грозовые тучи собираться, я решила вмешаться.
- Не смей орать на ребенка, - быстро произнесла я, - детскую любознательность нужно поощрять.
- Поощрять, говоришь? - медленно протянул он, пристально глядя Игорю в глаза.
И что бы вы думали? Тот тут же угомонился, вопросительно угукнул, сунул в рот большой палец и принялся сосредоточенно шевелить бровями, обдумывая, наверно, что только что произошло. Вот почему у меня ни во взгляде, ни в голосе металла не хватает?
Дома Игорь тоже ни минуты не хотел сам оставаться, даже наш ему подарок - заяц с него ростом, которого можно было безбоязненно таскать за все лапы и уши - ненадолго его отвлек. Пришлось нам таки вечером, когда мы елку наряжали, поставить в гостиной манеж и устроить его там. Рядом с елочными украшениями оказались забытыми все до сих пор любимые игрушки. Чтобы получить хоть несколько мгновений тишины, я дала ему небьющийся шар - побольше, чтобы в рот не влез.
Через пару минут требовательные призывы возобновились. Вздохнув, я взяла Игоря на руки - он потянулся, ручками вперед, к елке. Не веря своим глазам, я помогла ему повесить шар на ветку - он издал победный вопль и замахал ручками, хлопая одной ладошкой о другую. Я испуганно глянула на моего ангела - он хмыкнул, одобрительно кивая.
Но затем Игорь отмочил такое, что даже у его раздувшегося от гордости отца самодовольную улыбку с лица смело.
Развесив гирлянду с лампочками, мой ангел включил ее, и Игорь восхищенно икнул, завороженно глядя на мигающие огоньки. Мой ангел выключил их - Игорь обиженно заворчал, переведя на него возмущенный взгляд. С торжественным видом Деда Мороза по вызову мой ангел снова включил их, но Игорь даже головы не повернул к елке, внимательно разглядывая выключатель в руках у отца.
И вдруг он резко дернулся вперед, вытянув перед собой руки - я едва успела перехватить его, чтобы не упал. Но он уже вцепился в выключатель, давя на него всеми пальцами. Наконец, под один из них попалась кнопка - огоньки потухли; тут же соседний палец нащупал другой ее конец - огоньки опять замигали, и Игорь оглушительно захохотал, болтая на весу ногами, косясь на елку и лихорадочно, на ощупь, включая и выключая новогоднюю иллюминацию.
На этот раз я уже не на шутку заволновалась. Мой ангел тоже нахмурился, но, как выяснилось, по совершенно иной причине.
- Мне эта технически ориентированная молодежь... - пробормотал он, и поднял на меня мрачный взгляд: - Нужно было ему книжек вместо зайца купить.
Перехватив в самом прямом смысле у отца пульт управления праздничными мероприятиями, Игорь категорически отказался укладываться в положенное время спать. Ни теплая ванна не помогла, ни длительное купание, ни добрый час укачивания на руках. Так и пришлось с ним за стол садиться. Благо, мы ему уже детский стульчик купили - притащили его в гостиную, застелили одеялом, чтобы Игорь, полусидя, полулежа, вместе с нами старый год проводил, а я смогла спокойно поесть.
Впрочем, спокойно - это, пожалуй, громко сказано. На моего ангела накатило лирическое настроение - видно, не только мне весь день воспоминания о прошлом годе на ум приходили. Причем, каждое из них он умудрился перевернуть с ног на голову - приходилось чуть ли не каждую минуту поправлять его, давясь полупрожеванной пищей. В ответ на мои замечания он хитро посмеивался, потягивая шампанское, и в глазах его все резвее прыгали веселые херувимчики. Я бы тоже, наверно, развеселилась, если бы у меня в бокале настоящее шампанское было.