И он опять меня с полслова понял! Смутился, потупился, повернулся к Татьяне, прижался к ней и давай рукой по лицу гладить! Я чуть не крякнул - надо же, сообразил, что покаянным видом не обойдешься, вину заглаживать нужно. Неужели таки по ночам подсматривает? Глянув на Татьянино подозрительно нахмурившееся лицо, я как можно шире улыбнулся и заметил невзначай, что от нашего ребенка никакой другой реакции и ожидать не стоило. Хотел бы я посмотреть, у кого язык повернется с этим не согласиться: от нее он взял привычку, чуть что, руки распускать, от меня - умение признавать свои ошибки самым недвусмысленным способом.
После этого случая меня уже просто распирало от желания похвастаться результатами своего воспитания. Посвятить в его секреты я мог только одного Тошу - людям не расскажешь, а другим ангелам неинтересно. А у меня еще и ряд вопросов к нему возник - что-то я в Даринке никаких ярких способностей не замечал, кроме, конечно, тех случаев, когда нужно было кому-то палец в глаз или в ухо повелительно воткнуть. Еще и инструктаж с ним провести - доходчиво, чтобы к Татьяне за дополнительными разъяснениями не кинулся. И от компьютера как-то отвадить, хоть на время - вот, кстати, и к другой технике неплохо бы ему начать приучаться...
В общем, слава Богу, подошел день их с Галей свадьбы. Времени у нас было немного, но я решил сначала поддержать общий разговор, чтобы создать непринужденную атмосферу, дать девчонкам возможность развести, как следует, пары словоохотливости и усыпить Тошину бдительность, позволив ему поехидничать в мой адрес. Я даже предложил подвезти их с Галей домой, чтобы он не успел по дороге забыть все, что я ему втолковать собирался.
В разговоре, кстати, выяснилось, что Игорь уже и цвет глаз на мой поменял. Я внутренне усмехнулся: вот так Вам, Татьяна Сергеевна - нужно почаще ему в эти самые глаза заглядывать, а не то одну, то другую щеку под пощечины покорно подставлять!
Наконец, Тоша окончательно расслабился и снова брякнул что-то о работе вечером. Ну, все - я отнюдь не сую свой нос в чужие дела, он сам напросился!
Отведя Тошу в сторону, я с чистой совестью приступил к письменно взятым на себя обязанностям наставника.
- Тоша, ты у нас - непререкаемый авторитет в компьютерной области.
В глазах у него появилась легкая настороженность.
- Кроме того, ты - ответственный и компетентный ангел-хранитель.
Настороженность в его глазах сменилась откровенной паникой.
- Но о втором Галя не знает, а первое сейчас к делу не относится, поскольку она вышла замуж не за компьютерного гения, а за мужчину и, вдобавок, за нашего общего с Татьяной друга.
Его глаза метнулись в сторону девчонок и вернулись ко мне с явно обреченным выражением.
- Поэтому, - безжалостно продолжил я, - чтобы не уронить это высокое звание, слушай меня очень внимательно.
Я быстро, в коротких, но емких фразах, обрисовал ему все, что ожидается от мужчины в новобрачную ночь. Старательно сосредоточившись на наставнической строгости в выражении лица и научной непредвзятости в тоне.
Он вдумчиво захлопал глазами.
- Еще раз. Я сбился.
Весьма к месту вспомнился мне документ, который я подписал у нас там, наверху, и в котором взял на себя всю ответственность за любые действия этого... Вместо того чтобы врезать ему по уху, я медленно повторил основные пункты из списка предстоящих действий, не задерживаясь на этот раз на описании возможных вариантов.
Он снова нахмурился, чуть покивал раз за разом головой, и через пару минут лицо у него просветлело. Похоже, на прямой и короткий алгоритм, без разветвлений, места у него на жестком диске хватило.
- Если опять собьешься, - решил я предотвратить все случайности, - скажешь Гале, что в первый раз - она подскажет, что делать.
Он попытался изобразить из себя огнедышащий вулкан.
- А достоинство, - пресек я извержение в самом зародыше, - назад на пьедестал водрузишь, когда дойдешь до стадии «Повторение - мать учения».
Из жерла вмиг усмиренного вулкана вырвался полузадушенный всхлип.
- Какое повторение?
- Регулярное, - сухо пояснил я, - как молодому мужу положено.
- Господи! - простонал он. - А работать же когда?
- А за компьютером, - строго напомнил ему я, - тебе сидеть положено в свободное от основной работы время. Галя теперь у тебя - подопечная жена, и ее спокойствие и хорошее расположение духа для тебя дважды на первом месте должно стоять. Задачу уяснил?