- В таком случае Вам должно быть хорошо известно, - снова включился мой наблюдатель, - какую потенциальную опасность для сохранения тайны нашего сообщества могут представлять собой эти столь отличные от человеческих детей существа.
- В особенности те из них, - продолжил Тошин, - которые ведут свое происхождение от представителей его более экстремистского крыла.
- Не говоря уже о тех случаях, - добавил мой, - когда они оказываются в сфере воздействия друг друга, что может привести к резонансу их отличий, многократно усиливая тем самым риск повышенного к ним внимания.
- Вы также прекрасно осведомлены, - надменно заметил Тошин, обращаясь все также только к Стасу, - что наш отдел работает под грифом строгой секретности, и его сотрудники не подотчетны никому, кроме своего непосредственного руководства. Только оно имеет право знакомиться с результатами наших наблюдений, которые представляются затем на рассмотрение Высшему Совету.
Все это время мне пришлось прочно поддерживать под локоть Тошу, который при слове «создания» резко дернулся вперед. Под какой-то странный звук, донесшийся со стороны Марининых ангелов.
- Я хотел бы узнать, - послышался оттуда же напряженный голос Максима, - входят ли в этот Совет представители нашего... экстремистского, как вы выразились, крыла?
Тоша бросил на него яростный взгляд, но чуть расслабился, раздумывая, похоже, на кого в первую очередь бросаться.
- С этим вопросом Вам следует обратиться к своему руководству, - презрительно скривился, судя по тону, Тошин наблюдатель. - Если оно сочтет необходимым дать Вам ответ.
- Обращусь, не сомневайтесь, - уверил его Максим. - И в том, что ответ получу, тоже.
- А я хочу вам напомнить, - определился, наконец, с направлением последующего удара Тоша, - что у этих детей здесь, на земле, поручители имеются. Которые наблюдают за их развитием не наскоками, а ежедневно. И, в случае чего, и подкорректируют его, и в нужную сторону направят. И без их ведома никаких действий в отношении детей предпринято не будет. Можете так начальству и доложить.
- В этом Вы можете быть абсолютно уверены, - отозвался его наблюдатель с легкой ноткой плотоядности в голове. - В нашем сегодняшнем отчете непременно будет отмечена ваша очередная попытка создать нам препятствия в исполнении должностных обязанностей.
И они исчезли так же внезапно, как и появились.
Не сговариваясь, мы все тревожно оглянулись на Игоря и Даринку, которые, потеряв источник необычного развлечения, принялись в блаженном младенческом неведении хлопать друг друга ладошками, тихонько похохатывая от удовольствия.
- Тоша, - проговорил вдруг решительно Максим, - давай-ка наши разногласия на потом оставим? Хочешь, верь, хочешь, нет, но в том, что касается нее, - он кивнул головой в сторону детей, - мы с тобой на одной стороне.
- Да ты бы вообще молчал! - От злости Тоша прямо плеваться начал. Злился он, конечно, на Максима, но оплеванным остался ближайший к нему я. Как всегда. - Ты уже все, что мог, для нее сделал!
- А вот и нет! - Максим тоже вскипел. Может, мне с линии огня незаметно отступить? - У нас мое слово весьма существенный вес имеет, и я практически уверен, что в этом Совете наши тоже представлены. И если ты думаешь, что они... мы потерпим очередное ущемление...
- Ага! - взорвался ответным гейзером Тоша. - Давай, еще масла в огонь подлей!
Воспользовался его советом Стас - полил маслом здравого смысла эту разбушевавшуюся слюной стихию.
- Тоша, уймись! - лениво бросил он. - Я господ... экстремистов, - в его устах это слово почти комплиментом прозвучало, - тоже не жалую, но существование у нас никому не подотчетных неприкасаемых мне еще меньше нравится. Я, пожалуй, с кем угодно объединюсь, чтобы к ним прикоснуться. Внушительно.
- Да плевать мне на них! - не поддался увещеваниям Тоша. - Пусть от Даринки отвяжутся и, кем хотят, теми себя и считают!
- И ты от помощи откажешься, если ее все же придется защищать? - вернул я его к зловещей реальности.
- Да какая от него помощь? - простонал Тоша.
- Когда с внештатниками сцепились, - прищурившись, заметил Максим, - ты против моего участия, по-моему, не возражал. А если за девочкой явятся, тебе лишняя пара рук помешает? Только потому, что она - моя?
- Нам на земле очень вредно один на один со своими проблемами оставаться, - пискнул вдруг Киса. - Для дела вредно.
Мы все дружно вытаращились на него. Не знаю, как другие, а я о его присутствии вообще забыл - он опять, как черепаха, все конечности (включая голову) в себя втянул и деталью пейзажа прикинулся. Не бездумной, правда, и очень даже наблюдательной - нужно будет с ним договориться, чтобы он мне в будущем обо всех встречах Марины с Татьяной докладывал.