- Он Даринку зовет, - мрачно повернулся я к Татьяне, отбросив в раздражении идиллическую картину с двумя младенцами на диване.
Игорь резко и требовательно завопил. Пришлось быстро восстанавливать мысленный образ неотразимой обольстительницы.
Через полчаса у меня от него уже зубы оскоминой сводило. Да и устал я прилично - сами попробуйте подержать перед мысленным взором одну и ту же картину часок-другой! Не упуская ни одной детали. Представив себе, что такое развлечение вполне может стать ежевечерним, я чуть было совсем не скис.
Проблему решила Татьяна.
- Нужно у Тоши ее фотографии попросить, - предложила она, и я ринулся к телефону.
Узнав, в чем состоит причина моей просьбы, Тоша довольно хохотнул.
- Да зачем вам фотки? - тут же увидел он возможность и дальше детей с пути истинного сбивать. - Пусть в Скайпе друг на друга любуются. И мы, в случае чего, новостями быстро обменяться сможем, - многозначительно добавил он.
- Татьяна, у нас Скайп есть? - заорал я, обрадовавшись возможности восстановить контроль над медленно, но неуклонно ускользающим из-под моего надзора коллегой.
- Нет, - ответила она мне из кухни, - я же им только на работе пользовалась.
- Когда сможешь приехать, чтобы установить? - снова обратился я к трубке.
- Вот ехать я еще буду! - фыркнул Тоша. - Сейчас прямо по телефону и установим.
Вот этого я уже стерпеть не мог. Мало того, что в положенное время отдыха, своими собственными руками внедрять в свой собственный дом очередное чудо враждебной техники, так еще и под снисходительно-ленивые инструкции этого оболваненного землей ренегата.
- С Татьяной установишь, мне Игоря купать пора, - строго произнес я.
С тех пор эти детские видеосессии стали у нас ежевечерним ритуалом - Игорь с Даринкой строили друг другу глазки, хохоча и хлопая руками. Даринка - в ладоши, Игорь - по чем попадя. Я бы даже сказал, по ком попадя - клавиатуру я принципиально подальше отодвигал. Нам с Тошей пока, слава Богу, обмениваться было нечем. Кстати, в этом Скайпе ничего сложного не оказалось - я бы его и сам установил. Я мог бы даже сказать, что почти наслаждался... тишиной и спокойствием в доме, если бы время от времени не кололо меня страшной мыслью: а что если эти наследники как ангельского, так и человеческого достояния и через Интернет мыслями обмениваются?
Одно меня радовало - личный технический прогресс не затмил Игорю удовольствие от физического развития. К концу февраля он уже совершенно уверено, без какой либо поддержки, сидел и начал передвигаться на четвереньках.
Сдавшись на непомерно раннее вторжение Интернета в жизнь своего сына, я счел, что не имею никакого морального права противиться расширению его познаний и в отношении других устройств. И расплата за такое слабоволие не заставила себя долго ждать.
Однажды, когда я ехал с одной встречи на другую, в машине раздался Татьянин вызов. Я нахмурился - она мне минут пятнадцать назад звонила, чтобы сказать, что они уже с прогулки вернулись и сейчас будут готовиться кушать и спать. Сняв трубку, я услышал какие-то странные звуки: сопение, покряхтывание и некое зловещее шуршание, как будто что-то тяжелое по ткани волочили.
- Татьяна! - заорал я. - Что там у вас происходит?
В ответ меня чуть от трубки не отбросило истошным визгом, тут же перешедшим в хрипящее бульканье.
Я завертел во все стороны головой, отчаянно высматривая ближайшее подходящее для разворота место и вопя изо всех сил, что я уже еду домой и буду минут через десять, от силы. И только когда я уже нарушил с пяток правил дорожного движения и почти охрип, трубка отозвалась членораздельной речью.
- Алло! - донесся из нее до меня удивленный Татьянин голос. - Чего ты орешь? Что случилось-то?
Мой ответ даже мне членораздельным не показался. Татьяна вдруг рассмеялась.
- А, так это я, когда с тобой поговорила, телефон на кровати оставила, - объяснила она. - А он его, видно, на пол стащил и случайно кнопку твоего вызова нажал.
- Телефон? - судорожно сглотнув, выдавил из себя я. - Где попало..? В пределах досягаемости..? Ребенка..?!
- Да успокойся ты! - отмахнулась от меня она. - Тебе что, по ошибке никто никогда не звонил? У нас все в порядке, нам уже кушать пора. Вечером поговорим.
Вечером, вернувшись домой, я застал Игоря стоящим на полу в гостиной. Он, конечно, навалился грудью на диван, крепко вцепившись руками в его сиденье и поддерживая ими часть своего веса, но стоял! Излучая при этом вполне закономерную гордость, которую я, разумеется, просто не мог с ним не разделить.