- Ты знаешь, - усмехнулась Танья, - Анатолий с Тошей сейчас наверняка гонщиков Формулы 1 из себя строят, поэтому буду говорить быстро. У меня есть просьба к Анабель.
- Просьба? - осторожно переспросил я.
- Да, - кивнула она. - У нас большая проблема с Игорем. И с Даринкой, собственно говоря, тоже. К ним, как к ангельским детям, приставили наблюдателей...
Вначале я просто пытался сложить воедино все, о чем она мне рассказывала. В делах Анабель я всегда держал свое любопытство под строгим контролем. Все, что мне нужно было знать, она мне рассказывала, а ставить под угрозу нашу с ней жизнь на земле я не стал бы ни при каких обстоятельствах. Я прекрасно отдавал себе отчет в том, что чрезмерный интерес хранимого человека к методам работы его ангела не может не вызвать неодобрения со стороны небесных властей. Наверно, именно поэтому меня кольнуло при известии о том, что по просьбе Таньи Анабель без всяких колебаний обратилась за справками к своему руководителю, в то время как я не позволяю себе даже задавать ей вопросы, касающиеся непосредственно нашей жизни.
- ... и вот теперь мы просто не знаем, что делать, - продолжала тем временем Танья. - На контакт наблюдатели не идут, но постоянно над душой стоят, как только Игорь с Даринкой встречаются или возле них слишком много ангелов собирается.
Я насторожился. Что значит слишком много ангелов? И зачем тогда Танье еще и моя Анабель понадобилась?
- И тогда мы подумали... - Танья замялась. - Если быть совсем честной, то я подумала. Если мы не можем узнать у наблюдателей, что является для таких детей отклонением от нормы, нам не остается ничего другого, кроме как зайти с другой стороны.
- С какой? - быстро спросил я со вспыхнувшей надеждой, что под другой стороной она подразумевает человеческую.
- Разыскать других необычных детей, - подтвердила она ход моих мыслей. - И их оказалось совсем немало - у Тоши уже приличная база данных набралась. Осталось только выяснить, кто из них - ангельские дети, чтобы знать, с кем наших сравнивать. Но ведь не можем же мы позвонить, к примеру, их родителям и в лоб спросить, который из них - ангел!
Я чуть не задохнулся, представив себе такую картину. А также то, чем может закончиться для Анабель вмешательство в столь сумасбродное мероприятие.
- И в чем же заключается твоя просьба? - осторожно спросил я.
- Понимаешь, - нерешительно произнесла она, чуть покусывая нижнюю губу, - если руководитель Анабель вообще согласилась ей об этих наблюдателях рассказывать, то, может, они не такие уж и засекреченные? Может, Анабель сможет к ней еще раз обратиться? Чтобы узнать координаты других ангельских детей? Хотя бы ближайших к нам. Хотя бы несколько! - В глазах ее появился лихорадочный, нездоровый блеск.
- Насколько я понял, - медленно проговорил я, выигрывая время на размышления, - Анатолий с тобой не согласен?
- Да он никогда со мной не согласен! - воскликнула она, нетерпеливо взмахнув рукой. - Он считает, что мы должны их игнорировать - до тех пор, пока не возникнет реальной угрозы. Но ведь когда она возникнет, может быть уже поздно! А он просто боится ставить в известность своего руководителя о том, что у него проблемы появились! А вот у Анабель руководитель - женщина, мне кажется, что она скорее поймет...
- Танья, - остановил я ее жестом, - а тебе не кажется, что он может прав? Ты ведь не хуже меня знаешь, что у них там не приветствуется повышенный интерес к делам других подразделений.
- Знаю, - огорченно вздохнула она. - И ни в коем случае не хочу Анабель никаких неприятностей доставлять. Ты просто передай ей мои слова, а там уж - как она решит. Если о детях нельзя разузнавать, то, может, хоть что-то еще об этих наблюдателях выяснить? Не может быть, чтобы к ним подхода не нашлось! Хоть что-то - самые незначительные подробности! - все равно это будет больше того, что есть у нас сейчас. - Она чуть наклонилась вперед, с отчаянием вглядываясь мне в лицо.
В этот момент раздался звонок - приехал Анатолий с Тошей, Галей и ее девочкой. Танья тут же вскочила и с преувеличенным оживлением заговорила о преимуществах общественного транспорта: машина, мол, комфортнее, зато метро - надежнее, вот и мне удалось немного раньше приехать. Анатолий хмыкал, переводя подозрительный взгляд с нее на меня, Тоша нервно стрелял глазами по сторонам - одна только Галя ничего не замечала, гордо представляя мне свою дочь.
Я с удовольствием воспользовался этим, чтобы избежать необходимости либо подтверждать, либо опровергать слова Таньи. И, лишь глянув на малышку, больше не мог отвести от нее глаз. И дело даже не в том, что она была невероятно красива - темноволосая, с огромными изумрудными глазами, с ровным, изящным носом и тонко очерченными яркими губами, с бархатистой кожей чуть оливкового оттенка - если природа не вздумает сыграть с ней злую шутку, в будущем из нее получится совершенно неотразимая женщина.