Пете что-то определенно приснилось, но что именно вспомнить не получалось. Когда он открыл глаза, компания из четырех арханов сидела на траве неподалеку. Испанец курил кальян, Ферма что-то писал в блокноте, а англичане играли в шахматы. Интересно, я долго спал? – подумал Петя.
– Почти двое суток.
– Сорок пять часов и тринадцать минут.
– Два дня.
– Вы очень полезно провели это время, Петр, – четыре голоса возникли в Петиной голове одновременно, и он в точности знал, кому принадлежит какой.
– Поздравляю, теперь вы настоящий архангел. Чтобы в этом убедиться, проведем первое испытание, – голос Испанца казался очень торжественным. Задумайте какое-нибудь число и сообщите его господину Ферма так, чтобы он лишь один вас услышал.
Петя сосредоточился на Ферма и мысленно шепнул: «ноль».
– Отличное число ноль, – одобрил Испанец, – но приватной беседы с господином Ферма у вас не вышло. Сейчас я назову число, которое услышите только вы. Постарайтесь понять, как я это делаю: «двести сорок один», – прозвучало в Петиной голове. – А теперь умножьте его на два и результат конфиденциально сообщите Ферма.
Петя сосредоточился и понял, как это нужно сделать.
– Четыреста восемьдесят два, – тут же повторил вслух Ферма. Испанец улыбнулся, а англичане лишь сдержанно хором кивнули головами: испытание прошло благополучно.
– А я еще удивился, как вы можете в шахматы играть, если читаете мысли противника. Оказывается, можно скрывать, что думаешь, – поделился мыслями новообращенный архан со всеми присутствующими. – Извините, я должен связаться с Булгариным. Наверное, он волнуется.
– Свяжитесь, конечно, но не тревожьтесь, он предупрежден и не беспокоится за вас.
– А сейчас вы с меня возьмете клятву и подписку о неразглашении? – небрежно поинтересовался Петя.
– С чего вы взяли? – неискренне хором удивились четыре архана.
Вскоре выяснилось, что подписка действительно не нужна. Отныне, получая сообщение от любого архана, Петя, всякий раз будет ощущать нечто, названное господином Ферма l’embargo – эмбарго, запрет. Запрет был чем-то вроде предупреждения об уровне конфиденциальности сообщения: «открытая информация», «для служебного пользования» и так далее, вплоть до «строго личное» и «абсолютно секретно». Как объяснили арханы, проигнорировать этот «гриф секретности» Петя просто не в силах и поделиться с кем-либо запрещенными сведениями невозможно в принципе.
– А если кто-нибудь по ошибке установит повышенную секретность? – Петин математический ум не мог смириться с необратимостью запретов.
Оказалось, что запрет может снять специально собранная группа архангелов. Как именно организуется группа, и сколько в ней должно быть арханов, Петя спрашивать не стал, он не испытывал ни малейшего желания нарушать режима секретности.
По совету наставников, Петя немного попрактиковался в чтении и наложении запретов, и, заодно, поинтересовался, может ли кто-нибудь читать его мысли против желания. Оказалось, что нет, никто, включая любого из арханов и его собственного гуру. В тоже время, наш герой, как и любой архан, теперь мог с легкостью читать мысли любого ангела. Разумеется, ангела, не обладающего арханскими способностями.
– Расскажите, что я теперь умею еще? – нетерпеливо спросил Петя. Он был уверен, что новые способности не ограничиваются обменом мыслями и оказался прав. Выяснилось, что любой архан обладает даром расшифровать свои крылья – сразу все нити, а не по одной, как прочие ангелы. Достаточно обратить внутренний взор на крылья, чтобы узнать сразу про всех своих эмпатов. Петя тут же подумал о Маришке, вскочил, извинился, отбежал на несколько шагов, зачем-то повернулся к четырем арханам спиной, прикрыл глаза и увидел все нити своих крыльев. Он безошибочно выбрал нить возлюбленной и сосредоточился на ней.
Оказалось, что Маришка сидит у себя дома за столом и листает булгаринскую рукопись. Перелистывает страницы быстро, явно не успевая прочитать – наверное, что-то ищет. Вдруг бросила листать и убрала руки от листков. Глаза, медленно перебегали со строчки на строчку, потом замерли. Прошла минута, вторая, третья; взгляд девушки оставался неподвижным. Потом на страницу капнуло. Маришка плачет, понял Петя, и у него защипало в носу.
Глава XIV
Утром учитель Парва был обнаружен в своей постели мертвым. Главный лекарь храма констатировал разрыв сердца.
– Он совсем не берег себя, работал круглыми сутками, переживал за весь Барг.