Недавно Петрос съездил домой, в Пятый номос, навестить родных. К его большому разочарованию, дым отечества оказался не слишком сладок. Семья приняла Петроса как Внимающего и старшего жреца, а не как сына. Отец даже к домашнему завтраку выходил в желтой шапке мужа избранницы Богов и в застольных беседах восторженно комментировал последние решения Главного Храма. Сестры норовили пожелать младшему брату доброго утра из положения ниц, а на вопросы о личной жизни отвечали скверно выученными цитатами из «Матримониальника пристойной девы». А мать, никогда не отличавшаяся острым умом, лишь подкладывала на тарелку куски побольше и, не раскрывая рта, влюбленно смотрел на великого сына.
Дома было скучно, и Петрос пошел на торжественное открытие статуи Стебнéвы на центральной площади Пятого Города. Когда огромное полотнище, скрывающее скульптуру, плавно соскользнуло на землю, грозная Богиня предстала во всей своей красе. Похоже, скульпторам дано было задание сохранить портретное сходство. Поэтому новая защитница людей очень напоминала вставшую на задние лапы свинью. Главный жрец храма Пятого номоса обратился к собравшимся с речью, из которой Петрос с удивлением узнал, что они со свиньей земляки, и, случись молодому человеку родиться лет на тридцать раньше, он вполне мог бы ее видеть на улицах родного города.
Булгарина Петя застал за любимым столом с бокалом всегдашней мальвазии. Тут же был призван Пушкин, который не замедлил появиться. Петя начал рассказать друзьям об арханской жизни. Когда он увлекался и пытался перейти черту запрета, мысли начинали путаться, возникало ощущение тошноты, и молодой архан умолкал.
– Про полноценную связь с миром людей удалось что-то узнать?
– Нет. Там всё, как у остальных ангелов – лишь смутные слухи и домыслы.
Врать Петя никогда не умел, а тут вышло легко и естественно, причем совесть лгущего ангела заняла отстраненную позицию – попросту сделала вид, что ее нет. Может прав мерзкий Марципанов, и арханы служат силам зла? – расстроился Петя. – А что такое, в сущности, зло? – успокоил он себя спустя мгновение.
– Значит, нужно продолжить поиск материалов про прошлые контакты с людьми на заброшенных арханских подворьях, – подытожил Пушкин. – Я уже выменял на наши пуговицы с сотню артефактов, принадлежавших ушедшим арханам.
Потом Пушкин рассказал о своих достижениях. База данных наполнялась с невероятной быстротой. Мешок с самоцветными пуговицами уже наполовину пуст, а число ангелов, желающих за мзду принять участие в этой работе, все растет. По Петиному образцу Пушкин сотворил сотню терминалов удаленного доступа к базе данных и раздал их своим приятелям. Те разместили их у себя на подворьях и изготовили по несколько копий, которые отправили своим друзьям. Число терминалов, позволяющих любому ангелу ввести данные о себе и поискать в базе знакомых, растет в геометрической прогрессии. К процессу с энтузиазмом подключились жители не русскоязычных областей ангельского мира. По слухам, несколько мощных заграничных ангелов организуют у себя центры обработки данных, наподобие пушкинского. Если все так же пойдет дальше, то уже в считанные недели перепись всего ангельского населения будет закончена. После этого можно будет сосредоточиться на поиске связи с людьми.
– Знаешь, Француз, – предложил Петя, – мне кажется, поиск контакта с людьми имеет смысл начать с изучения архива праведников. Они его все время копируют, поэтому старые документы не исчезают. Я лично видел там папирусные свитки – трудно представить возраст оригиналов, с которых были сделаны копии. И большая часть архива посвящена интересующей нас теме – способом связаться с миром людей. Можем отправиться туда втроем с Яном – праведники, вроде бы, не скрывают архив ни от кого. Полетели прямо сейчас!
– Прямо сейчас не получится. Скоро у меня в Петергофе начнется бал, где многие продемонстрируют умение создавать артефакты на чужой территории. Я к этому подключу еще нескольких своих чхота. У наших праведников голова просто кругом пойдет! А ты, чтобы не терять времени, пока можешь продолжить поиск нити своей возлюбленной.