Тут в гостиной появился хозяин квартиры в сопровождении друзей. Распахнутый пиджак, стакан с виски в руке и отчётливый румянец на щеках. Первым делом он склонился над коляской, нежно обняв Веру.
— И ты тут. Спасибо что пришла.
Женщина охотно потянулась к нему.
— Такой повод, грех не зайти. От всей души поздравляю. Она красавица.
— Знаю.
— И дети у вас будут красивые. У меня глаз намётан, — заверила Вера.
В ответ он по-дружески стиснул её руки и снова обнял. Затем встал и огляделся. Гордея тут же окружили гости.
— А где моя невеста? Кажется, я её потерял, — засмеялся он.
Анна вышла навстречу, тут же нырнув в его объятия.
— Тут так шумно. Мы точно не побеспокоим соседей? — зашептала ему в ухо.
—Это вряд ли. Они все тут, — всерьёз ответил он.
У неё округлились глаза. Сосчитать не трудно. Около трёх десятков человек сейчас отплясывали в квартире, плюс несколько детей. Большинства из них она не знала, или же видела впервые. Кто-то раньше попадался на глаза, не без этого, но чтобы весь «мир» тусил по поводу помолвки… Есть о чём задуматься. Гордей в который раз предстал перед ней душой компании. Его любили на работе, любили жители дома, в котором он жил, ценили и уважали знакомые. Идеальный мужчина, как ни крути. Но фишка в том, что она отлично понимала: людей без недостатков не бывает.
— Горько!
— Горько давай!
Мужские голоса неприятно били по ушам, отчего ей пришлось прищуриться. Однако счастливый облик будущего мужа заставил её вернуться к безмятежности. Она не привыкла к такому, ведь вся эта гулянка походила на какую-то пьяную безбашенную вакханалию. Как только на устах вновь ощутила вкус его губ, Анна окончательно сдалась.
— Расслабься. Ты напряжена, — тихо прошептал он, нежно заключив её в объятия.
«Действительно. Чего это я? Всё что тут происходит нормально. Это и есть жизнь. Все эти соседи, ощущение праздника, смех, дети. Всё как у людей».
Она часто разговаривала сама с собой ввиду профессиональной деятельности. Вела молчаливый диалог с собственным альтер-эго. Но вот уже почти два года как ушла, оставив прошлую жизнь позади. Теперь каждый день открывала для себя что-то новое, неизведанное. Всякий раз приходилось бороться с собственным сомнением по поводу того, что всё происходящее не что иное как естественный ход событий. Пока ещё она всего лишь гость в новом мире, но каждый раз этот мир становился ей ближе.
— Я тебя люблю, милый.
Гордей озарился в счастливой улыбке. Под общие аплодисменты они снова поцеловались, раз сотый за этот день, наверное. Счастье есть, и они оба это знали. Он-то знал точно, не сомневался, а вот Анна продолжала бороться с тараканами в своей голове. Любила и боялась. Боялась будущего. Боялась ошибиться, ведь никогда прежде ей ещё не было так хорошо, как сейчас рядом с ним.
3 глава
— Главное, не затягивайте с женитьбой. Решили жениться, значит вперёд голой грудью на амбразуры. А станешь сомневаться, всё может кончиться печально. Мы с Варей восемь лет женаты. Души друг в друге не чаем. Все праздники, все события в жизни делим пополам. Всё как по канону: и в радости, и в горе. Так оно должно быть.
Борис не унимался с самого начала вечера. Выпив шестую рюмку горячительного подряд, постоянно лез со своими советами, как будто до него было кому-то дело. Найдя очередные свободные уши в лице соседки Веры, он продолжал рассуждать на насущные темы, сжимая в руке уже седьмую рюмку коньяка. Женщина делала вид будто внимательно слушает оппонента, хотя сама то и дело поглядывала на молодых, любуясь их светлыми моложавыми лицами.
— Уже почти четыре утра, — снова шепнула невеста жениху, в очередной раз заостряя внимание на времени.
Гордей посмотрел на неё влюблёнными глазами, как бы давая понять, чтобы она ещё чуток потерпела. Всё было понятно без слов. Выгнать он их не может, а значит пьяные бредни Бориса предстояло терпеть ещё долго.
Вскоре за окном загрохотали салюты. Все прильнули к панорамным окнам гостиной, любуясь полыхающими в небе огнями. Всё как заказал Гордей. Ровно в четыре они рванули аккурат над крышами многоэтажек. Спланировал заранее. Знал как удивить новоиспечённую невесту. Гости тоже были в восторге.
Наконец, народ потихоньку приходил в движение. Первыми к выходу заторопились Петровы. Глава семейства не хотел так рано покидать компанию, однако жена, чей авторитет в их семье чувствовался даже на расстоянии, сказала своё слово.