— Интересная штука, да? — усмехнулся Глорин, заметив реакцию парня.
— А как им пользоваться? — переспросил Алексей, рассматривая кристалл со всех сторон.
— Ну, — Глорин забрал камень, видя, что тот пытается отломить один из лучей. — Теоретически да. Если надо срочно вызвать помощь достаточно просто разбить кристалл, а если помощь нужна позднее и посерьезнее достаточно сложить его вот так.
Гном повернул несколько лучей друг к другу и кристалл с легким щелчком сложился, превратившись в монолитный многогранник.
— Вот так, — произнес Глорин и, улыбнувшись, пригладил бороду. — Теперь когда нам понадобиться помощь достаточно разбить кристалл и доказать тем ребятам, что явятся на зов, что мы вызвали их не зря.
Алексей с сомнением посмотрел на гнома и усмехнулся.
— Надеюсь, ты прав, только бы нам успеть и надеюсь, что те ребята не забыли своего старого обещания.
— Ты что-то чувствуешь мой мальчик, — встревожено спросил Глорин, нахмурив брови. — Знаешь, я это заметил еще в гостинице.
Алексей кивнул.
— Да, такое впечатление, что где-то тикает большая бомба, тикает пока медленно, но все может измениться каждую секунду.
Алексей резко встал и направился к сложенным в кучу рюкзакам накрытых непонятно где взятым куском брезента и, вытащив из своего рюкзака спальник, скинул мокрый камуфляж, затем, ежась от холода, нырнул в его теплые объятия.
Глорин еще некоторое время сидел у костра с задумчивым, хмурым видом, затем, видимо придя к какому-то решению, дернул себя за бороду и изумленно огляделся вокруг. Лагерь спал, гном покачал головой и замер, на несколько секунд всматриваясь и вслушиваясь в промозглую темноту, потом вздохнул и, вытащив секиру, положил ее в пределах досягаемости, затем подкинул дрова в костер и, усевшись поудобнее, плотнее закутался в свой плащ.
Утро на неожиданность выдалось ясным и солнечным. Солнечный луч, пробившись сквозь густую хвою гигантских елей, бликами заиграл на серебристых спальниках. Алексей, которому луч света уперся прямо в лицо, поморщился и, повернувшись на бок, открыл глаза, окидывая внимательным взглядом их бивак. Судя по всему, все еще спали, лишь фигура гнома все так же виднелась у погасшего уже костра. Он потянулся, на сколько это было возможно в спальнике и откинув с лица пластиковый козырек. Надо сказать, что данный спальный мешок, по мнению Алексея, был просто чудом туристической продукции, пластиковый щиток закрывал лицо, превращая его в маленький закрытый мирок, куда не проникал ни дождь, ни ветер, доступ воздуха происходил через специальный клапан с фильтром, а встроенная микросистема климат контроля делали отдых просто комфортным (Хорошо правда, что в спальнике была инструкция и подсветка). Расстегнув мешок, он выбрался наружу и принялся одеваться, утро было не жарким, а сухости одежде за ночь не прибавилось, поэтому ежась от холода, он по быстрому сбегал до ветру, и подхватив на обратном пути несколько приличных веток валежника, направился обратно к костровищу. На этот раз костер вспыхнул сразу ярко и весело, с аппетитом пожирая ветки с остатками побуревшей хвои, гном молча наблюдавший за этим процессом вдруг встал, от души потянулся, и взяв стоявший рядом котелок направился в сторону протекавшего недалеко ручья.
— Утро доброе, — зевая и потягиваясь, поприветствовал их майор.
— Действительно доброе, — согласился Алексей. — Хоть эта изморось кончилась. О, кажется наш маг проснулся.
Герк весь взъерошенный и еще до конца не проснувшийся подошел к костру и, плюхнувшись на положенное около него бревно, зевнул.
— Ну, как ты? — поинтересовался Алексей.
— Нормально, — махнул рукой магик, зевая во всю глотку. — Еще пара часов такого сна и буду готов к открытию тоннелей.
Алексей кивнул и принялся ломать и добрасывать в разгоревшийся костер более сырые ветки, от чего тот стал дымить и всем пришлось отойти в сторону и подождать пока он вновь разгорится. Гном, принесший воды, с грустью посмотрел на дымящее костровище и, покачав головой, поставил котелок на землю, а сам направился в сторону рюкзаков, откуда извлек несколько картошек, пару банок тушенки и десяток суппакетов.
— Ну вот прямо как дома опять концентраты жевать, — прокомментировал майор, смотря за приготовлениями гнома.
— Ну, можешь, что ни будь поймать в этом лесу и пожарить и ли на крайний случай хвоей поживиться, вон ее, сколько тут, — проворчал в ответ гном, размещая котелок над разгоревшимся вновь костром.
Семен посмотрел на старую хвою плотным ковром устилающую землю и лишь хмыкнул. Герк взяв один из суп-пакетов, внимательно стал его рассматривать.
— Суп гороховый, — прочел он и с сомнением посмотрел на Алексея. — Это что вправду суп?
— Суп, суп, — буркнул гном, отбирая и отправляя его содержимое в котелок.
— Да мой молодой друг, это суп, — прокомментировал, обнимая его за плечи, майор. — Но не просто суп, это пища студентов, холостяков и вечно занятых профессоров.
— Странно, — пожал плечами тот, высвобождаясь из медвежьих объятий Семена. — У нас в институте супы нормальные в тарелке с мясом, а профессора те вообще любят вкусно поесть, а это…
Он надорвал пакет высыпал часть порошка на руку и попробовав его поморщился.
— Солено и вкус странный.
— Эх, разность менталитетов, — притворно вздохнул Семен. — Тебя бы в наш институт, через месяц ты бы так не куксился от этого порошка.
— Что так плохо, — грустно спросил Герк, — Жалко мне ваших студентов.
Михайлов лишь вздохнул, ему было тоже их жалко.