Действительно… Очень знакомо! Наверное…
На тумбочке свесились цветы в вазе и семейные фотографии. Многочисленные родственники сверкают радостными улыбками и развеивают наваждение.
Нет… Теперь не похоже! Совсем…
С удивлением замечаю, как кольца осторожно обнимают тонкую кисть, лежащую поверх стеганого одеяла. Ладошка нереально холодная…
Конечно, за окнами уже давно не лето, а бесхозные руки убрать некому…
Тихое обещание заглушает монотонное пиканье сердечного монитора:
— Ты не одна…
(Тем временем) Больница «СоРян».
Больничную палату на пятом этаже посещает знакомая троица.
— В течении нескольких часов, с ней ничего плохого не случится, а на месте позаботятся наши медики!
Громко объявил ЮнСон и посторонился, пока мимо катит больничное кресло молодой полицейский. Хмурый врач щёлкает боковым переключателем, зажглось потолочное освещение.
Немая сцена. Удивленная троица изучает койку и оценивает пустоту больничной палаты. Спрятаться здесь негде. Широкое окно приоткрывает ветром, болтая опущенные жалюзи.
Слыша громкий звук, полицейский отшвырнул кресло и бросился к окну. ХёнСу распахнул створку и высунулся наружу по пояс. Старший инспектор не отстаёт от прыти молодого парня и тоже выглядывает из окна.
Два напряженных лица беспокойно осматривают площадь автомобильной парковки. У старшего инспектора выпал синий галстук и его швыряет ветром, словно пытаясь сорвать в тёмные небеса.
— Никого… — громко выдыхает ХёнСу и радостно повторяет, обернувшись к соседу на подоконнике: — Никого, сабо-ним!
Молодой парень растянул широкую улыбку и сверкает зубами в вечернем сумраке, приподнимая ушами форменную кепку.
— Вижу, что никого! — прячет облегчение за нахмуренными бровями ЮнСон.
— Айщ! — воскликнул ХёнСу.
Парень ловит кепку, но её срывает ветром. Оба служителя закона наблюдают головной убор, который долго кружит в воздухе, падая с огромной высоты на бетон внизу. Старший инспектор хмыкнул, обратив внимание на боковые стены, он выпрямился и обернулся к ярко освещенной палате. Немного расстроенный полицейский прикрывает окно.
— Инспектор Но ХёнСу… — ЮнСон улыбнулся парню, который смущенно поправляет волосы. — Почему подозреваемую не зафиксировали?
— Я решил, что это необязательно…
— ХёнСу… Головной убор не жмёт?
— Нет, сабо-ним… — виновато потупился ХёнСу.
— То-то и оно! — грустно вздыхает ЮнСон. — Бегите, инспектор, пока кепку не унесло, ветром в море.
Полицейский торопливо склонился в глубоком поклоне и сорвался к двери, но возникшая на пороге ЫнХи занимает выход из помещения. Молодые люди замерли, потерявшись в обязательной идентификации. Парень старше в звании, но девушка принадлежит к гораздо более важной организации… В итоге оба поклонились одновременно и стукнулись лбами.
— Ай-гу! — ойкнула ЫнХи.
— Айщ… — шикнул ХёнСу.
Старший инспектор присел на подоконник и трёт лицо ладонью, наблюдая комичное зрелище. Врач в белом халате и медицинской шапочке происходящее не замечает и продолжает стоять в прострации.
— Невозможно… — удивленно тянет врач. — В это крайне сложно поверить!
— О чем вы, ыса сонсэн-ним? — задумчиво уточняет ЮнСон.
— Уровень седации… Крайне высокий! Нам даже пришлось повышать дозировку, чтобы успокоить судороги. У пациентов, в подобном состоянии, думать получается с трудом, а о каком-либо перемещении и речи быть не может!
— Возможно, поспешили и ошиблись в дозировке?
— Собственноручно делал инъекции! — взвился врач. — Не мог ошибиться! Как допустить ошибку со стажем работы более тридцати лет?!
— Не волнуйтесь, ыса сонсэн-ним… В скорой могли использовать медикаменты, оказывающие подобную реакцию?
— Возможно… А если, пациентку кто-то забрал из палаты?
— Или у Ангел отрасли крылья и она улетела.
— Опять шутите?
— Со всей неразберихой, только и остаётся, что шутки шутить, — усмехнулся ЮнСон. — Подозреваемая пришла в себя, затем забрала вещи, — старший инспектор кивает на приоткрытую дверь шкафчика, — а потом выбралась на крышу пятого этажа по стене, выйдя через окно. Полное безумие… И полностью в её репертуаре!
— Нонсенс! Что нам теперь делать? Как оформлять документы на выписку?
— Никак. Здесь никого не было. Это понятно?