Голова гудит и серая брусчатка подворотни бьёт в лицо, прилетая навстречу. Копна волос цепляет камни. Шокер вылетел и гремит пластиком.
Их не двое…
(Тем временем) Пусан.
Два разномастных китайца ускоряют шаг, быстро подбегая к телу на брусчатке подворотни.
— У девки башка железная, — гудит широкоплечий, — ещё дёргается.
— Ну так выруби! — приказал бородатый.
Китаец с жидкой бороденкой стоит напротив разномастной парочки. Он прячет за пояс топор, блеснувший остро заточенным лезвием, и одергивает меховой полушубок.
— А может, позабавимся, босс? — пищит нескладный.
— Никаких забав, — хмуро пригрозил бородатый, — спецом обухом бил. Девка раскроила башку о камни набережной и утонула. Чеболи сказали никаких следов, значит никаких следов. Делаем чисто.
— Не повезло тебе, — гудит широкоплечий, присаживаясь на корточки перед лежащим телом и протягивая руку: — Никакого сладенького сегодня-а-а!
Тело на брусчатке дергает копной волос, мгновенно выпрыгнув в полный рост.
— А-а-а! — горном вопит широкоплечий, прижимая крупную ладонь к животу и падая на задницу. — У неё нож! Нож!
Кеды мелькают ядовитыми шнурками и футболят высокому китайцу между ног. Пробивание заставляет сложиться нескладную фигуру, заваливая вниз.
— Я-а-а! Мои яйки! — верещит худой, катаясь по брусчатке и суча ногами.
Тёмные стёкла уставились на бородатого китайца и отметили топор, блестящий лезвием в петле на поясе. Валко развернувшись, девчонка шагает прочь, пытаясь перейти на бег, но длинные ноги часто петляют.
Внезапно улочку преградил капот автомобиля. Резко появившись из бокового ответвления, старый седан с тонированными стёклами и помятым крылом остановился не доезжая бампером до стены. Ревущая двигателем развалюха закрывает возможность побега, оставляя только один путь, назад к бородатому с топором.
А затем стало гораздо хуже. Водитель открыл дверь и выпрыгнул наружу. Парень в джинсе и чёрной жилетке ловко перепрыгивает переднюю часть автомобиля. Спортивная фигура скользнула по капоту и упруго приземлилась на ноги в чёрных мокасинах.
— Змей, выруби её! — приказал бородатый, указывая топором.
Особа в тёмной толстовке пошатнулась и отступает к стене, покрытой белой штукатуркой. Поднятые кулачки блестят сталью колец, но по бледному виску стекает красная капля, остановившись у подбородка.
— Давайте! Сучата! Кому жить надоело?! — звучит хрипло.
Парень в чёрной жилетке упруго переступает ногами и без предупреждения наносит прямой удар подошвой. Мощный выпад в солнечное сплетение вырубит взрослого мужчину, но девчонка удивляет своей прытью, блокируя руками, скрещенными перед собой. Её подводит вес, заставив отлететь назад и больно удариться о стену.
Осыпает белую штукатурку за спиной. Тощее тельце покосилось, клонясь к земле. Но длинные ноги выпрямились и кулачки поднялись снова.
— Иди сюда, руками порву! — слабо хрипят губы, пока необычный глаз сверкает над съехавшими очками.
Змей тоже занял боевую стойку и немного согнул ноги, выставленные локти прикрывают корпус. Парень пружинисто перепрыгивает с пятки на носок и плавно меняет стойки, оценивая противника у стены, который за пару секунд завалил двух опытных напарников, вопящих на земле.
Правая нога парня пружинисто вылетает, целясь в голову. Девчонка снова удивляет, закрываясь рукой и приподнимая локоть к виску. Но Змей не так прост и обманный финт всего лишь намечает удар справа.
Парень выдернул ногу и вновь обретает опору, нанося удар с другой стороны. Вылетевшая ещё более быстрым движением левая нога гудит, рассекая воздух, и срубает тощую фигурку у стены.
Змей развернулся вокруг своей оси, гася излишки сильного удара. Чёрные очки клацают акрилом, скользя по камням подворотни.
— Босс, мне руку до кости порезали! — жалобно скулит широкоплечий, сидящий на заднице. — В больничку нада, кровь так и хлещет!
— Мне яйки, ой мои яйки, — причитает нескладный сосед, перекатываясь с боку на бок.
— Шило! На носочках попрыгай! А ваще, заткните хлебала и в машину быстро! — бесится бородатый, пряча топор под полушубком.
Чёрный мокасин поднялся, собираясь раздавить тёмные стёкла, удачно упавшие рядом.
— Змей! Тащи девку в багажник, — приказывает бородатый. — Уходим, пока нас не срисовали.
Парень отводит ступню от блестящего акрила.
— Достойно держалась… — тихо признал Змей, рассматривая чёрные очки. — Совсем не как ссыкуны на земле.