в объятиях друг друга , наконец я взяла себя в руки и попыталась успокоить ее, провести рукой по ее плечу, но мои пальцы дрожали.
- Все хорошо дорогая , – мой собственный голос звучал непривычно тихо, – мне сейчас только нужно забрать вещи из дома и вернуться обратно к… – я не сразу смогла подобрать слова, сделав паузу, пытаясь осмыслить новую реальность, – к дяде.
- Ты никогда не упоминала про него - в глазах ее явно читалось недоверие .
- Трисс я знаю что не рассказывала тебе про него , но поверь он хороший человек. Я тебе позже все расскажу ..обещаю.Сейчас мне нужно чтоб ты отвезла меня домой
Несколько минут ожидания казались вечностью, пока автомобиль медленно подъезжал к моему дому. Сердце колотилось отбивая чечётку на нервах. Воздух в машине сгустился от невысказанного напряжения.
- Хочешь, я с тобой пойду? — голос Трисс прозвучал тихо, с оттенком беспокойства.
- Нет, я быстро , подожди меня в машине — я пытаясь придать голосу как можно больше твёрдости, хотя внутри всё дрожало.
Сглотнув предательский ком, подступивший к горлу, я направилась к входной двери. Каждый шаг казался нерешительным, словно я ступала по хрупкому льду. Ощущение надвигающейся опасности смешивалось с отвращением, проникающим в самые глубины души. Это было омерзительное, липкое чувство, которое я знала слишком хорошо.
Рука замерла, прежде чем коснуться холодной латунной ручки. Поворот. Раздался тихий, пронзительный скрип, нарушивший гнетущую тишину. Дверь оказалась не заперта. Это означало только одно: дома кто-то был. Мать ? Или тот, от кого пришлось бежать?
Пулей, словно спасаясь от неуловимого преследования, я влетела внутрь. Холодный воздух дома, казалось, мгновенно сковал мои движения, даже несмотря на всю спешку. Не останавливаясь, я понеслась в свою комнату. Сумка, брошенная на кровать, казалась единственным якорем в этом шторме. Вещи полетели внутрь без разбора — одежда, книги, всё, что попадалось под руку. Я действовала инстинктивно, словно робот, выполняющий жизненно важную программу.
Когда я начала складывать в сумку самое необходимое, за дверью послышались шаги. Тяжёлые, размеренные, они приближались, и вместе с ними нарастало чувство неотвратимости. Я ускорила темп, пальцы дрожали, но хватка становилась всё сильнее. Главное — деньги которые я с таким трудом копила, месяцами откладывая каждую копейку, — моё спасение, мой шанс на новую жизнь. Они оказались в самом низу сумки, под слоем одежды.
Дверь распахнулась без стука. На пороге, освещённая тусклым светом коридора, стояла Клер. Её силуэт заслонил собой проход, а в голосе, с насмешливой интонацией, звучала ядовитая сладость:
- О.о. блудная дочь наконец вернулась. Каждый звук из её уст был подобен удару. Я старалась не смотреть на неё, сосредоточившись на том, чтобы быстрее закончить сбор вещей. Её присутствие здесь, её слова — всё это погружало меня в ту самую бездну, из которой я так отчаянно пыталась выбраться.
- Я съезжаю — слова вырвались сами собой, я говорила их, пытаясь подавить подступающие эмоций. В этом коротком заявлении заключалась вся моя боль, вся моя решимость и вся та усталость, которая накопилась за годы этих разрушительных отношений. Я сосредоточилась застегивая молнию сумки, стараясь не смотреть в ее сторону , наконец с этим было покончено и я направилась к выходу, но преградившая путь Клер стояла в проходе. Она не двигалась, ее тело стало живым барьером, ее рука, поднятая в немом жесте блокировала мой путь.
Наши глаза встретились. И я увидела не гнев, не мольбу, а некую странную смесь шока и, возможно, даже удивления, будто она только сейчас осознала необратимость момента
- и куда же ты пойдешь?
-:куда нибудь подальше от этого дома - на смену страху начал приходить гнев который как вулкан поднимался из недр моей памяти, пережитых унижений, разочарований и несправедливости И тогда, почти инстинктивно, я оттолкнула ее руку, ту, что пыталась удержать меня и вылетела из комнаты.
- Вали ..ты неблагодарная .. - и ещё много таких же ядовитых, таких же привычных, но теперь уже утративших свою силу слов неслись мне в догонку , но мне было плевать