- А если вернутся твои истязатели? - пока довольно миролюбиво поинтересовался Проводник, делая пару шагов ко мне. - Жалко будет, если такую девушку убьют...
- И не ты, - некультурно перебила говорившего, испуганно съёживаясь на холодной плитке и максимально втягивая голову в плечи.
- Ну, хотя бы и так, - не стал ничего отрицать парень, присаживаясь передо мной на корточки. - Ну, так как, сама поднимешься на ноги или всё же помочь?
Подняв глаза на рыжеволосого, еле удержала за зубами недостойный и такой трусливый скулёж. Вроде бы и обычное, ничем не примечательное, довольно молодое лицо среднестатистического парня, но вот только всего лишь при одном взгляде на эту равнодушно-отрешённую маску, и кровавые всполохи в бесцветных серых глазах, как меня посетило непреодолимое желание сдать все адреса, пороли и явки, которые я когда-либо знала или слышала в фильмах. Блин, да меня даже разозлённый Габриель, доведённый до ручки Рафаил, все демоны Преисподней и ненавистный Сергей, вместе взятые так не пугали, как этот спокойный парень!..
- П-помоги... пож-жалуйста, - кое-как выдавила из перехваченного спазмами горла, не в силах отвести глаз от лица Проводника.
Ничего не говоря, молодой человек перегнулся через меня, отчего истеричная я чуть инфаркт не схлопотала, и одним быстрым, но точным движением разорвал тугую верёвку, обхватившую запястья. Далее настал черёд лодыжек - миг, и я уже была полностью свободна. Скрючившись в позе эмбриона, с протяжным стоном то ли болим, то ли наслаждения, попыталась помассировать стёртую в кровь кожу, но не тут-то было! Тело, затёкшее от долгого лежания в неудобной позе, да ещё многочисленные синяки и кровоподтёки моментально дали о себе знать нестерпимой, выворачивающей наизнанку болью и сотней тысяч мелких, но таких садистски-острых иголочек, что с моих губ сорвалось несколько непечатных выражений.
- Давай, помогу, - не дожидаюсь ведьминского благословения, Проводник особо не церемонясь, буквально за шкирку одной рукой поднял меня над землёй, а другой принялся осторожно разминать затёкшие кисти рук.
- И откуда столько доброты и сострадания к совершенно незнакомой ведьме, которую в дальнейшем, скорее всего, прикажут убить? - разыгравшееся любопытство не хуже знаменитого чёрта дёргало за язык.
- Ну, пока же не приказали этого сделать, - довольно флегматично и неконфликтно заявил рыжеволосый, оттащив моё безвольное тело к резной лавочке и помогая присесть на неё. - Вот как только главы Инквизиции вынесут тебе приговор, Ласкина, тогда и поговорим на тему моей "доброты и сострадания", - парень насмешливо скривил тонкие губы в улыбке, недвусмысленно давая понять, что уже благополучно ознакомился не только с моими паспортными данными, но и с подробной подноготной.
"Значит, ещё не всё так плохо, как показалось изначально!" - мелькнула в голове радостная мысль, но практически моментально и увяла, стоило только вспомнить о том, кому именно подчиняется Проводник. Дотронувшись до ментальной связи, облегчённо выдохнула, радуясь тому, что Асуке не приспичило пообщаться на душещипательные и слёзопробивательные темы. Хотя, с другой стороны, с последнего нашего разговора прошли как минимум сутки, а хвостатик всё ещё не связался со мной... - "Господи, лишь бы ничего с ним и с рагнаром не случилось!" - тревожная мысль заставила буквально похолодеть, что, несомненно, не укрылось от острого внимания рыжеволосого.
- Неужели настолько неприятно принимать помощь от такого, как я? - обидчиво протянул Проводник, поспешно отдергивая руки от моих босых ступней.
- Нет... - даже я еле узнала свой бесцветный голос, что уж тогда говорить о парне. - Просто стало как-то тревожно...
- Смерти боишься? - прозорливо уточнил оппонент, снова возвращаясь к прерванному занятия - массажу ступней.
Чуть не ляпнув: "Нет, что ты, я на него уже не первый год работаю!", быстро прикусила слишком болтливый язык, во избежание подобных эксцессов, и лишь отрицательно помотала растрёпанной головой. Нет смысла бояться смерти, всё равно, рано или поздно, но все мы повстречаемся с ней лицом к лицу, и лишь одному Богу известно, когда и при каких обстоятельствах сие произойдёт. Поэтому нужно просто принять этот малоутешительный факт, и продолжать жить дальше, отождествляя каждый новый день с ещё одной благословенной возможностью понять и исправить сотворённые ранее ошибки.
- Разве тебе не хочется узнать, что будет с тобой дальше? - казалось, будто оппонент искренне удивлён моим пофигистическим состоянием.
- А чего спрашивать-то? - прикрыв рукой рот, сладко зевнула, чуть ли не мурлыча от удовольствия и таких мягких прикосновений казалось бы грозного Проводника. - Ты отведёшь меня к главам Святой Инквизиции, мы с ними благополучно послушаем друг друга пару часиков, а потом они, якобы посовещавшись, вынесут для ведьмы Василисы Ласкиной смертельный приговор, заключающийся в избиении хлыстами, а потом и сожжении на костре посреди Позорной площади.
- И откуда только такая проинформированная взялась? - себе под нос пробурчал парень, и уже чуть громче добавил. - Что, и подкупить меня не будешь пытаться?
- Чем, стесняюсь спросить? - вылупив глаза, истерично рассмеялась, представив себе подобную идиотскую попытку. - Во-первых, деньгами, шикарными и соблазнительными формами я не обладаю, поэтому извини, но предложить тебе в этом плане совершенно нечего. А во-вторых, ты преданно служишь Святой Инквизиции, и поэтому не станешь помогать даже нормальному, законопослушному гражданину, что уж тогда говорить обо мне - заведомой преступнице.
- Ну, мало ли, вдруг такая плоскогрудая лохудра как раз в моём вкусе?
- А в лоб? - злобно уточнила я, мрачно покосившись на обозначенную часть своего организма. - Да, мамочка не наградила меня выдающимися формами ни сверху, ни снизу, но это же не повод тыкать в это носом!
- Прости, - такие простые и в тоже время совершенно неожиданные слова, сорвавшиеся с тонких губ, вогнали меня в пятиминутный ступор.
Смотря, как рыжеволосый осторожно, но довольно сильно массирует мою левую ступню, основательно задумалась. Нет, конечно, можно списать всю эту эфемерную доброту, сострадательность и помощь ближнему своему на хорошее настроение парня, но сразу же возникает вполне закономерный вопрос: по какой такой загадочной причине этот подозрительный субчик помогает мне - ведьме, которую в скором времени лишат жизни? Повертев в голове всевозможные варианты, просклоняв наиболее оптимальные из них на разные лады, отметив все "минусы" и "плюсы" оставшихся, пришла к неутешительному выводу, что свет на эту тайну сможет пролить только сам Проводник.
- Послушай, - поймав заинтересованный взгляд рыжеволосого, незнамо отчего смутилась и, набравшись наглости, подсунула ему правую ступню, до которой ещё не успел добраться новоявленный массажист, - почему ты мне помогаешь?
- Кажется, уже было сказано, что пока нет прямого приказа от глав Святой Инквизиции, я - сущий ангел небесный! - смешно фыркнул оппонент, несильно дёргая за пальцы, отчего суставы приятно хрустнули. - Василиса, неужели так трудно понять, что мне просто-напросто не хватает общения? Знаешь, как трудно жить, каждую секунду своего существования прекрасно понимая и читая на лицах встреченных людей или других магических рас, как они тебя боятся? Невыносимо...
- Ага, я же такая лопоухая, что прямо сейчас сниму лапшу с ушей и поверю! - радостно закивала головой, максимально искренно улыбаясь. - Нет, правда, почему?
- Ну, а сама-то как думаешь? - раздражённо ответил вопросом на вопрос парень, ставя мои ноги на холодную землю и отходя на пару шагов от лавочки. - Идеи по этому поводу есть?
Согласно и как-то многозначительно кивнув, поделилась своей самой бредовой идей, думая, что стоит мне её только высказать вслух, как Проводник весело рассмеется, вытирая обильные слёзы счастья, стекающие по щекам. Но, как показала печальная практика, в реальности всё намного отличалось от моих радужных и детских мечтаний. На моё скромное: "Может быть, тебе не нравится деспотичное правление Святой Инквизиции и ты решил заручиться ведьминской поддержкой, чтобы организовать магический переворот?", Проводник каким-то нервным жестом потёр шею, негромко выругался сквозь плотно сжатые зубы и... Быстро двинулся по направлению к тёмной махине готической церкви, бросив через плечо, чтобы следовала за ним.