Кстати, кровать на следующий день оказалась на своем прежнем песте. Но умолчав о своей бездарной трате времени на одежду, я постеснялась спрашивать женщину-Ангела о такой безделице.
- Интересно, - задумчиво произнесла она, выслушав меня. - Обычно в жизни почти у каждого человека есть хотя бы одна сильная привязанность. Впрочем, - добавила она в ответ на мое вытянувшееся лицо, - не исключено, что Вы никогда не были обычным человеком, даже в детстве. Осознание желания вырваться из рутинной человеческой жизни приходит в разном возрасте.
- А может быть так, что у меня не было ни семьи, ни друзей? - с неожиданной грустью спросила я.
- Такое бывает, хотя и очень редко, - пожала она плечами. - Я бы скорее предположила, по крайней мере, в отношении семьи, - через мгновение добавила она, вновь внимательно вглядываясь в мою реакцию, - что у Вас были и родители, и муж, и дети, но они оказались обычными людьми, и Вам не удалось найти среди них единомышленников, реализовать в отношениях с ними свою сущность.
- Возможно, поэтому я и чтением увлеклась? - предположила я.
- Более чем возможно! - довольно усмехнулась она. - Именно поэтому сейчас, оторвавшись от земной жизни, Вы о них ничего и не помните.
- А друзья? - спросила я.
- Как Вы сами совершенно справедливо заметили, - похвалила она меня, - чтение - отнюдь не коллективное занятие. Судя по всему, в нем Вы реализовывали свой еще не осознанный порыв вырваться из земной реальности. Я бы даже сказала, что Ваше желание уйти от нее вполне могло вызывать негативное отношение со стороны окружающих Вас людей, вследствие чего Ваше сознание блокирует любые воспоминания о них.
Я озадаченно нахмурилась. Если люди негативно относятся друг к другу, как они могут быть связаны любыми узами всю жизнь?
- Давайте сегодня поговорим о человеческих эмоциях, - ответила она на мой вопросительный взгляд. - И сразу хочу попросить Вас отнестись к анализу своих ощущений особо внимательно, поскольку эмоции составляют чрезвычайно существенную часть человеческой жизни и оказывают на нее очень сильное влияние, то есть обязательно оставляют какой-то след.
Я вся обратилась в слух.
Большинство человеческих эмоций существуют в парах, - необычно медленно, с расстановкой, заговорила она, - в единстве противоположностей. Любовь и ненависть, уважение и презрение, интерес и равнодушие, расположение и раздражение, уверенность и страх, восторг и отчаяние, настойчивость и уступчивость, неудержимость и смирение, зависть и бескорыстие, эгоизм и самопожертвование, неудовлетворенность и пресыщенность.
Самыми сильными, практически не подвластными контролю, чувствами, - чуть помолчав, продолжила она, - считаются любовь и ненависть, причем зачастую они переходят друг в друга и далеко не всегда взаимны. У людей эмоции вообще довольно часто меняются, и человек нередко действует под воздействием сиюминутного настроения, не анализируя его и даже не пытаясь управлять им. Наоборот - его эмоции владеют им, вплоть до того, что оказывают влияние на его здоровье и даже жизнь.
- Жизнь? - недоверчиво переспросила я.
- Именно под воздействием эмоций, - с улыбкой кивнула она, - люди совершают и самые страшные преступления, и самые великие подвиги.
- Кстати, для людей также довольно типично чувство неудовлетворенности, - снова помолчав, добавила она. - Люди в целом - существа достаточно неблагодарные, они жаждут положительных эмоций только в их отсутствие, а получив их, очень быстро пресыщаются и воспринимают их как должное.
Я внимательно слушала ее, но уже была почти уверена в результате следующего анализа своих воспоминаний. Так же, как и в первый раз, когда она говорила о человеческих увлечениях, как только прозвучало слово «раздражение», меня захлестнула волна узнавания. Да какого там узнавания! Меня ведь и здесь что ни день, так что-нибудь раздражало. Неужели это было самым главным чувством в моей человеческой жизни?
Мне очень не хотелось смиряться с этой мыслью, поэтому я взялась за все эти эмоции, как только женщина-Ангел покинула меня. Возможно, у меня уже какие-то навыки появились, но пустота заполнилась новыми словами очень быстро.
На этом, впрочем, мои навыки и закончились - куда бы я ни обращала свой мысленный взор, перед ним немедленно выскакивало - естественно! - раздражение! Сколько я ни пыталась отогнать его, оно маячило перед глазами, липло ко мне, пытаясь проникнуть в меня, как тот холодный белый свет. И судя по всему, ему это удалось - я почувствовала, что закипаю. Нет-нет-нет, еще не хватало, чтобы это чувство оказалось моим единственным и в новой жизни! Я почему-то вдохнула и выдохнула, почему-то три раза, и твердо приказала раздражению убираться прочь.