За каждым столом сидело по ангелу. Нет, я бы скорее сказал, развалилось по ангелу. По крайней мере, судя по позе ближайших ко мне. Спинки их кресел были немного откинуты, и они полулежали в них, вытянув вперед ноги, с руками, сложенными на животе, и локтями на подлокотниках. Причем, сидели они в полной неподвижности. Уставившись в прозрачную панель, стоящую на каждом столе.
У меня мороз по коже пошел - мелькнула мысль, что я случайно в царство спящих ангелов попал. Нет, глаза у них были открыты - значит, в царство отключенных от сознания ангелов.
Затем я заметил, что, по крайней мере, ближайшие ко мне манекены периодически делают легкие жесты рукой: то в одну, то в другую сторону или вверх и вниз. Присмотревшись, я обнаружил, что при этом меняется изображение на панели.
Присмотревшись еще внимательнее, я увидел, что изображение на панели меняется постоянно - лишь более радикально при жесте рукой. Так, по одной панели медленно вытягивалась ломаная линия, а когда сидящий перед ней ангел коротко, но резко махнул в сторону пальцем, таких линий стало две.
Ангелов было там не один десяток, но в зале стояла тишина. Не абсолютная, как мне показалось сначала - прислушавшись, я уловил едва различимый ровный гул, словно каждый из присутствующих что-то бормотал себе под нос.
Ни один из них не обратил на меня ни малейшего внимания, и я топтался на месте, не зная, к кому обратиться - так, чтобы не нарушить эту пульсирующую тишину.
Вдруг один из них резко выпрямился, приблизившись к панели и начал активнее двигать руками. Изображение на ней заметалось, с каждой секундой усложняясь. Когда оно превратилось в целый сонм переплетенных линий и замерло, аналитик какое-то время рассматривал их, склоняя голову то к одному, то к другому плечу.
В верхней части панели начали появляться слова, словно их маркером кто-то быстро писал. Когда из этих слов набралось полторы строчки, аналитик прикоснулся пальцами к правому нижнему углу панели, словно оттолкнув ее от себя. Изображение исчезло - аналитик вновь откинулся на спинку своего кресла, сложил руки на животе и закрыл глаза.
Решив, что ему-то я сейчас точно не помешаю, я быстро подошел к его столу, стараясь ступать совершенно бесшумно.
- Отчет по новичкам куда сдавать? - почти шепотом пробормотал я, чуть наклонившись к безмятежно расслабленной фигуре.
- Шестнадцатый бокс, - ответил он, не открывая глаз.
- Э... С какой стороны? - растерялся я, стреляя своими глазами направо и налево.
Ни на йоту не изменив позы, он вытянул перед собой руку - чуть вправо и вверх. Проследив за ней взглядом, я увидел на прозрачной перегородке, почти у самой ее кромки, цифру 37.
- Спасибо, - все так же негромко сказал я.
В ответ он опустил руку назад себе на живот и еще ниже сполз в своем кресле.
Чтобы найти искомый бокс, пришлось поплутать по этому залу - и с каждым шагом я чувствовал себя все более неуютно. Все это время ко мне не повернулась ни одна голова, даже ни одна пара глаз в мою сторону не скосилась - словно я был и невидим, и инвертирован. Или вообще не существовал. Более того, я заметил, что все эти аналитики внешне все на одно лицо - сходной комплекции, с одинаково аккуратной - волосок к волоску - стрижкой, все, как один, в белых рубашках и темных брюках.
Найдя, наконец, цифру 16 на одной из перегородок, я с облегчением отвел глаза от моря ненавистных мне еще на земле рубашек. И уткнулся ими в сплошную преграду - оказалось, что нужный мне аналитик располагался за одним из практически полностью изолированных столов. Вход в этот бокс, конечно, нашелся, но протискиваться в него действительно пришлось боком и не вместе с отчетом. Я пропустил отчет вперед.
Аналитик внутри бокса в целом ничем не отличался от своих собратьев, но появление мое изволил заметить и даже очки на нос нацепил, когда я ступил внутрь. Через очки на меня глянули чрезвычайно далекие, почти прозрачные и почти прохладные глаза. Меня кольнуло еще большей неприязнью - с таким расчетливым выражением на меня смотрела Анабель во время нашей первой встречи на земле.
- Я принес отчет о первом этапе подготовки группы новичков, - сдержанно произнес я.
- Благодарю Вас, - ответил он неожиданно низким голосом, протягивая руку.
Я вложил в нее свой отчет, и он тут же углубился в него. Хоть бы присесть предложил! Я сам вижу, что негде, но хоть бы из вежливости!
- Это все? - спросил я сквозь зубы.
- Подождите минуту, - велел он мне, не поднимая глаз от моего творения.
Так, этот момент из доклада Стасу будет исключен. Он уже пребывает в твердой уверенности в моей неоспоримой ценности - вот пусть в ней и остается. Не хватало еще, чтобы все мои титанические усилия прахом пошли. О теплом и уважительном приеме можно будет упомянуть, рассказывая об обсуждении моего отчета, к которому мы перейдем, когда этот невежа его дочитает и с моими заключениями ознакомится.