- Тон сбавь, - обронил Стас своим знаменитым вкрадчивым тоном, - а то тебя никто не упасет. Хранитель ты бывший, во всех смыслах, так что решать Татьяна сама за себя будет.
- Договорились, - неожиданно для себя самого согласился я, - но только давай по-честному. Ты в полном праве дать ей похвальную характеристику, с рекомендациями и запросами, но играть на ее желании к сыну вернуться - это свинство.
Ну-ну, подумал я про себя, посмотрим, чем он обоснует свой запрос - не открывая природы Татьяниного индивидуального курса.
Похоже, он об этом тоже подумал и решил не откладывать принятие Татьяной решения не только до конца ее обучения, но даже до окончания своего курса.
Когда мы с ней пришли в павильон карателей, возле двери, за которой она их обучала, топтались двое еще не посвященных.
- А почему вы не заходите? - улыбнулась им Татьяна.
- Там Вас командир ждет, - сообщил ей один из них.
Улыбка сбежала с ее лица, и глаза испуганно метнулись ко мне.
- Я тут побуду, - пообещал я ей, взглядом приглашая карателей попробовать помешать мне.
Стас появился минут через двадцать, которые мне двадцатью часами показались. Ступив в коридор и прикрыв за собой дверь, он вперился в меня немигающим взглядом.
Собрав все силы в кулак, я не отвел свой и через пару мгновений даже поднял вопросительно бровь.
Он опустил глаза, склонил голову и слегка развел руками.
Я гордо вскинул подбородок, едва сдержав победный вопль - вот никогда я по-настоящему в моей Татьяне не сомневался, даже в редчайшие минуты легкой меланхолии.
Подчиненные Стаса замерли по стойке «Смирно», как статуи, и даже дышать, по-моему, перестали. Только глазами водили от меня к нему.
- Разрешите приступить? - нервной скороговоркой произнес наконец один из них.
- Чтобы сегодня все закончили, - перевел на них Стас тяжелый взгляд. - Узнаю, что у инструктора с кем-то проблемы были - на месяц права посещения земли лишу.
Посверлив их еще немного взглядом, Стас молча развернулся и вышел из павильона.
Оба его подчиненных бросились к двери.
- Стоять! - негромко и весомо скомандовал я. - После меня.
- Так командир же... - зыркнул на меня один из них через плечо.
- У нас уже появились проблемы? - как можно вкрадчивее поинтересовался я, отодвигая их плечом от двери.
Глава 14.3
Короткий Татьянин рассказ каждым словом капал живительной влагой на мою иссушенную сомнениями душу. Стас, конечно, не удержался, чтобы и ей руки не выкрутить, но использование ее умения видеть ангелов в невидимости показалось мне совсем незначительной платой за возможность побыстрее распрощаться с его костоломами и перейти к менее опасным курсам.
Впрочем, последние несколько дней мы провели с вышеупомянутыми костоломами душа в душу. Татьяна вернулась в общий строй - в инвертации и моих объятиях, а я - к подготовке отчета, который обещал быть всесторонним благодаря ее комментариям к действиям своих соучеников. Которые я подслушивал. Ни разу не смутившись - в конце концов, Стас тоже позаимствовал мою идею отправной точки для связи Татьяны с его инструкторами. Тоже без разрешения и малейшего зазрения совести.
Если бы не эта общая мысленная связь, я бы Татьяну еще тогда научил мысленные образы передавать. Но во время занятий мне не хотелось еще один приобретенный ею навык на всеобщее карательное обозрение выставлять, а вечером она уже забывала все увиденные картины.
Однако мне и ее словесных замечаний хватало, чтобы начать, казалось, понимать слова одного из инструкторов о Тени. Он действительно бросался на поставленную цель, как бык на красную тряпку, ни мало не заботясь о том, какой ценой ему достанется ее достижение. Причем даже Татьяна заметила, что он был наиболее эффективен в авангарде атаки. Все задачи прикрытия, свидетелями которых мы оказались, он провалил - бросался в бой при малейшем появлении опасности, выдавая скрытые позиции и оголяя доверенный ему участок операции.
А вот одиночкой я бы его не назвал. К сожалению. Он никогда никем не командовал во время тренировок, даже ни с кем не кооперировал, но я заметил, что остальные Татьянины соученики следовали за ним в его бросках, даже в ущерб своим собственным задачам. На земле мне случалось сталкиваться с таким явлением: люди частенько старались подражать отчаянным, уверенным в себе, самодостаточным личностям, особенно если те в упор не замечали ни их самих, ни их усилия.
В отчете я, разумеется, не стал вдаваться во все эти подробности. Мне же велели фиксировать факты, а не выводы делать. Я и зафиксировал: яркие результаты Тени по всем направлениям, его готовность брать на себя ответственность, его полную самоотверженность в выполнении поставленной задачи, его явное умение увлечь за собой других, и прочая и прочая.