На второе сборище вышеупомянутых соплеменников, памятуя заключенный между нами пакт, меня пригласили - вежливо и заранее. Больше всего на нем меня поразило то, что ни одному из них даже в голову не пришли подобные вопросы. Они все откровенно приветствовали вопиющее нарушение всех мыслимых законов и изощрялись в предложениях, как окончательно разрушить устоявшуюся систему контактов между людьми с ангелами.
Самое интересное, что весь этот парад безумных и безответственных идей проходил в присутствии карающего меча светлых. Который лишь лениво отбрасывал их исключительно с точки зрения сложности реализации. Хотел бы я посмотреть на его реакцию на подобное обсуждение среди представителей нашего, альтернативного течения.
И все же, всем им вместе взятым не удалось превзойти в безответственности уже окончательно уверовавшего в свою исключительность хранителя.
Через пару дней Марина сообщила мне, что Анатолий снова пропал. Якобы он отправился к месту обучения Татьяны и как в воду канул. Я подумал было, что вмешался карающий меч, чтобы избавить своих разбушевавшихся приятелей от искушения установить прямой контакт с беглым хранителем, но вскоре вышеупомянутый меч сам обратился ко мне с просьбой о встрече.
Это была наша первая личная встреча с момента аварии. Я бы предпочел и дальше всю информацию от него через Марину получать, но мне были даны указания восстановить все контакты. И в отличие от светлых, в моем отделе ни у кого и мысли не возникает игнорировать поручения, данные его главой.
Он перехватил меня возле дома Дары, где, по его словам, мы вполне могли встретиться совершенно случайно. И хорошо, что мы подробно обговорили место и время встречи - мне показалось, что в противном случае я мог бы его и не узнать.
Нет, при ближайшем рассмотрении внешне он почти не изменился, но, не знай я, какой отдел он представляет, сказал бы, что он находится на пределе. Он весь словно внутрь свернулся, и там шла у него какая-то бешеная работа, оставив для стороннего наблюдателя обманчиво заторможенную оболочку, которую я наблюдал несколько последних дней.
- Макс, я снова с просьбой, - отрывисто произнес он, поздоровавшись кивком. - Можешь еще раз узнать насчет заявок на распыление.
- Что он опять натворил? - сразу понял я, о ком речь.
- Не знаю, - скривился он. - Но если бы он до Татьяны добрался, уже бы явился хвастаться. Как бы не перехватили его по дороге.
- Кто? - насторожился я в надежде хоть на какой-то намек на искомый раскол.
- Внештатники, - сказал он, словно выругался. - Что-то они слишком довольные ходят в последнее время.
- Так они же его отпустили, - удивился я.
- Ну да, - согласился он, и явно неохотно добавил, помолчав: - А потом предупредили, чтобы он и думать забыл о земных делах, если не хочет неприятностей.
А вот это уже было странно. Отдел внештатных ситуаций занимается проштрафившимися светлыми и интересуется землей только в тех случаях, когда нужно правонарушителя оттуда изъять. Именно поэтому мы с ними никогда не пересекаемся. Здесь в нашем небольшом и сплоченном отделе нет никакой надобности в дисциплинарном органе, а на земле лицензией на охоту на нас исключительно внешняя охрана обладает.
Возможно, сотрудники внештатного отдела пытаются заранее предотвратить появление на ней прирожденного правонарушителя? Зачем? Чтобы расчистить поле деятельности для ударной силы?
- В земных делах, надо понимать, тебе все полномочия отданы? - неприязненно прищурился я. - Ты что здесь, именно здесь, делаешь? Новую разведку местности производишь?
- Макс, операция по мелким остановлена, - устало потер он рукой глаза. - Закрыта. Любая. Без объяснений. Придет указание вернуться к ней, сразу сообщу. Тебе, чтобы успел их вывезти.
- Ладно, - неловко буркнул я, - сейчас узнаю. У тебя полчаса еще есть?
Стас простился со мной еще одним кивком и пошел прочь от Дариного дома, не оглядываясь и снова уйдя в свои мысли.
Я сел в машину и мысленно обратился к своему главе. Сообщив ему об успешном восстановлении своих земных контактов, я передал ему разговор со Стасом и его вопрос.
Ответом на последний вновь оказалось уверенное «Нет», но у моего главы оказалось немало своих вопросов. Так же, как и меня, его больше всего поразило решение, принятое светлыми в отношении Татьяны и Анатолия, а вот вывод его застал меня врасплох.
- Если появится возможность установить связь с этим хранителем, - заявил он мне своим самым официальным тоном, - я предоставляю Вам все полномочия на участие в этом процессе. Очень может быть, что он окажется ключевой фигурой во всех подводных течениях правящего большинства.