- Где учиться? - вновь подал голос Стас. - Этих отделов нет в программе для новобранцев. Я ни разу не слышал об их хотя бы инструкторах, не говоря уже об учебных помещениях. А если таковые и есть, то я понятия не имею, где они находятся.
- Вот и расширишь свои познания! - с готовностью откликнулась я. - Я тебе лично докладывать буду. А Анатолию передай, чтобы не беспокоился - я намерена серьезно заниматься и надоедать ему своими вызовами больше не буду.
- Мам, это нечестно! - сорвался на фальцет Игорь. - Легче ему, что ли, станет, если ты неизвестно где окажешься?
- Нет, ему станет проще, - саркастически заметила я. - Я ему руки развяжу. И себя полезным делом займу, пока он не вспомнит, что его дело - не дурачком прикидываться, а освобождаться, чтобы мы вместе побыстрее к тебе вернулись.
- А если тебе откажут? - снова вставил свои пять копеек Тоша.
- Тогда еще хоть неделю выторгую, на дальнейшие раздумья, - поморщившись, допустила я уже не раз приходившую мне на ум возможность. - Но надеюсь, что не придется. Я, между прочим, не одна новых знаний жажду - у меня группа поддержки есть.
- Какая еще группа поддержки? - Весь подался к экрану Стас. И, как ни странно, Макс.
Я рассказала им о Тени. Издалека. О его давнишнем стремлении выйти за рамки программы, о дополнительных занятиях, его блестящих результатах во всех курсах - и о том, как все это повышает шансы моей просьбы на успех. И, между делом, упомянула о том, что он знает о себе все.
Обрушившуюся на меня в ответ тишину я отнесла сначала на счет своего совершенно необычного красноречия. И приободрилась - похоже, я случайно провела генеральную репетицию завтрашнего действа, и с весьма многообещающим результатом. И только потом заметила, насколько разные лица были у этой тишины.
У Игоря на лице застыло мечтательное выражение - казалось, он уже видел себя, осваивающего ангельскую науку.
Тоша как будто повторял про себя каждое мое слово и, время от времени, слегка кивал, словно примеряя все услышанное к Даре с Аленкой - в полной уверенности, что они превзойдут Тень.
Маринино лицо представляло собой скептическую маску, что, впрочем, было неудивительно - с ее непоколебимой уверенностью в том, что превосходство ангелов существует лишь в извращенном сознании последних.
Лица Стаса и Макса также превратились в маски - не выражающие ровным счетом ничего. Только они вдвоем неотрывно смотрели на экран и, как мне показалось, вовсе не на меня на нем.
- Татьяна, почему ты об этом не сообщила? - очнулся наконец Стас.
- О чем? - приготовилась я отбиваться от выговора.
- О том, что ты с аксакалом эту авантюру задумала, - последовал вполне ожидаемый мной ответ.
- Чего это сразу авантюру? - возмутилась я, чтобы увести разговор в сторону. - Вы, как я посмотрю, тоже только штампами можете мыслить. Правильно Тень сказал, что, озвучь он свое предложение, вообще никто слушать не будет!
- Так это еще и его идея была? - с расстановкой произнес Макс.
- Конечно! - с горячностью подтвердила я. - И, в отличие от всех вас, он один предложил мне выход и спросил при этом, что я о нем думаю, а не решал за меня, что делать.
Из Марины опять искры посыпались, Игорь бросил на меня обиженный взгляд, Тоша забормотал что-то вроде «Ну вот, я так и знал», а Макс, цокнув языком и встав, скрылся с экрана.
- Тихо! - рявкнул Стас, и обратился ко мне: - Я так понимаю, что тебя уже тягачом с места не сдвинешь?
Я решительно замотала головой.
- Тогда давай договариваться, - отчеканил он. - На аттестационную комиссию мне хода нет, но представители отделов обычно на выходе дежурят, чтобы свое пополнение принять. Я завтра сам туда наведаюсь - так что сразу все узнаю. И если тебе откажут, - припечатал он последнее слово ударом ладони по невидимому столу, - ты без всяких дальнейших фокусов выберешь мой отряд.
- Через неделю, - упрямо напомнила ему я.
- Если тебе ее дадут, - угрожающе уточнил он.
Перспектива оказаться-таки в конечном итоге в полном распоряжении главного карателя привела меня на следующее утро в крайне странное состояние. Сказать, что она меня страшила - это ничего не сказать. Вспоминая свое пребывание в его павильоне и в обществе его подчиненных, я ни секунды не сомневалась, что, окажись я в их числе, от меня будет ожидаться только одна фраза: «Так точно!». В ответ на любое распоряжение, первым из которых точно окажется приказ отправляться на землю.
Избежать этого я могла, лишь добившись согласия аттестационной комиссии на наше с Тенью предложение. И полное отсутствие каких-либо альтернатив этому простому факту совершенно неожиданно не преумножило, а погасило все мои страхи.