Глава 18.2
Там мне тоже сразу трудно сосредоточиться было - земные события опять все мысли заняли. Я крутила головой во все стороны, пытаясь догадаться, где именно договаривался мой ангел о подключении Марины к источнику питания после ее аварии. И Игоря тоже - когда он в первый раз заболел.
Нет, точно не здесь, решила я, когда мы первый день провели в довольно большой комнате, тонущей в полумраке и уставленной столиками. На каждом их них располагалось по экрану с множеством мирно мерцающих точек на нем.
Как по мне, ангелы, сидящие перед экранами, большей частью бездельничали. Оживали они, лишь когда отдельные точки начинали пульсировать ярче или, наоборот, затухали. Приглядевшись, я увидела, что каждая точка маркирована набором букв и цифр, и поняла, что именно отсюда получают внештатники сигналы о нарушениях в энергоснабжении ангелов.
Я усмехнулась про себя - меньше бы они за ангелами следили, не проморгали бы подключение Марины и Игоря.
На следующий день место нашей стажировки показалось мне более подходящим для визита моего ангела. Часть столов в нем стояли вплотную вдоль стены, к которой были прикреплены небольшие ящички. Время от времени из них выпадали прямо на стол какие-то бланки - заявки на подзарядку, как нам объяснили.
Иногда они прочитывались, подписывались и возвращались в ящики прямо на месте, но чаще каждая из них передавалась оператором на другой ряд столов, стоящих у него за спиной и напомнивших мне павильон администраторов.
За этими столами сидели ангелы более важного вида - я бы их менеджерами назвала. Рассеянно глянув на переданную заявку, каждый из них небрежно откладывал ее и углублялся в чтение другой, сверяясь время от времени с какими-то книгами, наваленными по всему столу неаккуратными стопками.
Я так и не поняла, по какому принципу эти заявки удовлетворялись или отклонялись - нередко изучаемая заявка вновь отправлялась к другим, ожидающим рассмотрения. Я прямо увидела моего ангела, стучащего кулаком по столу одного из этих менеджеров и произносящего пламенную речь о том, что каждая из заявок является вопросом жизни или смерти.
Меня также так и подмывало и у них работу оптимизировать, но я строго себя одернула - не хватало еще застрять здесь.
Тень тоже откровенно скучал - в первом помещении он с куда большим интересом изучал каждый экран. Снова он оживился, когда нам упомянули о месте непосредственной раздачи энергии. Но ненадолго - чтобы попасть туда, требовался специальный допуск.
Нам показали напоследок лишь его преддверие - параллельное помещению операторов с длинным конвейером посередине. Находящие рядом с ним ангелы двигались, как роботы, снимая с ползущей ленты заявки, отправляя их в ящички, вынимая оттуда другие - очевидно, подписанные - и водружая их снова на конвейер.
Как только я их увидела, так сразу и поняла, что Маринин Киса именно здесь раньше работал - то-то до сих пор одними рывками двигается.
Ударившись в воспоминания, я чуть не попалась.
- Как поживает Ваш ангел? - раздался у меня за спиной скрипучий голос.
Вздрогнув, я резко обернулась и увидела его обладателя - у него и внешность была подходящая: какая-то серая, словно пылью прибитая, с цепкими глазками навыкате.
- Не знаю, - честно ответила я от неожиданности.
- Жаль, - каркнул потрепанный ангел. - Я хотел передать ему привет. Он бывал тут, у нас, пару раз и произвел неизгладимое впечатление.
Понятно - значит, мой ангел все же к непосредственным исполнителям обращался и, похоже, одной только пламенной речью не ограничился. Хорошо, что я об этом ничего не знаю.
- Если он так к своей работе относился, - поджала я губы, - неудивительно, что я ничего о нем не помню.
Пробормотав нечто, отдаленно напоминающее извинения, эта анти-реклама энергетического отдела удалилась.
По дороге домой я самозабвенно упражнялась в уме в восклицаниях, послушанных у Стаса. В адрес внештатников, никак не желающих оставить мою память в покое. В адрес моего ангела, устроившего себе каникулы в тишине, покое и уединении. В адрес себя самой - размякшей от воспоминаний дурочки, не способной сосредоточиться на главной сейчас задаче.
Тень тоже невольно подлил масла в огонь моего самобичевания - он, как выяснилось, сумел извлечь пользу даже из этого совершенно не информативного курса.
- Если я правильно помню, - остановил он меня, сосредоточенно хмурясь, когда я попрощалась с ним у входа в свой дворик, - Вашему Анатолию пришлось пойти на прямой подлог, когда вам потребовалось поддержать жизненные силы заболевшего сына?
Я только глянула на него, гадая, куда он клонит.