Ангельских детей характеризует умение глубоко проникать в сущность явлений и видеть внутренние связи между ними. Еще бы - помню я, как Игорь еще в младенчестве учуял различие между нашими ангелами и людьми и вывел нас таки на чистую воду, сколько мы ни старались скрыть от него его происхождение. А наблюдателя своего сразу Букой обозвал - даже тогда, когда мы с моим ангелом еще надеялись хоть какой-то контакт с тем установить.
Ангельские дети чрезвычайно устойчивы к стрессу и не подвержены человеческим переменам в настроении. Здесь мне снова трудно согласиться - не знаю, как Дара, а Игорь всегда в глубокий пессимизм впадал, когда они ссорились. У Дары, впрочем, всегда Аленка под боком была, а у Игоря, к сожалению - только это чудовище наблюдательное.
Ангельские дети никогда не признают поражения. В благоприятных условиях они направляют все свои силы на саморазвитие и совершенствование своего окружения. С другой стороны, при попытке их подавления - с не меньшей силой сметают его источники, не слишком заботясь точностью ударов. И здесь мне нашлось бы, что сказать - если бы не этот чертов наблюдатель, не бросался бы Игорь временами на всех подряд, и, в первую очередь, на нас с моим ангелом.
К концу дня у меня уже голова гудела от готовности еще одну докладную записку аналитикам составить. Где-то подтвердить их выводы, где-то поспорить с ним, а где-то намекнуть на необходимость более глубокого исследования. Может, еще один день у себя в отделе подарят. Может, даже не один.
Вот так и получилось у меня не один, а два вопроса. Вернее, чуть меньше ... или чуть больше, если по сути: вопрос и предложение. Но я решила сначала дать Тени высказаться. Во-первых, неудобно - понесло меня утром, и все невпопад из-за невнимательности. А во-вторых, предложением лучше разговор заканчивать, а то забудется.
Поэтому когда мы вернулись к руководителю аналитиков и он выжидательно глянул на нас, я кивнула Тени, чтобы начинал. И не скажу, чтобы его вопросы меня удивили.
- Я хотел бы узнать, если позволите, - начал он, чуть подавшись вперед, - ведутся ли исследования по исполинам, лишенным хотя бы частичной защиты ангельского родителя? В комментариях Вашего сотрудника о них не упоминалось.
- Ведутся, - бесстрастно заметил руководитель. - Но такие случаи единичны и представляют интерес лишь в плане изучения неблагоприятных факторов.
Тень совсем побледнел и замер в полной неподвижности - у него даже губы не шевелились, когда он снова заговорил.
- Существует ли возможность воздействия на такие факторы? - Только в голосе его прозвучал намек на горячность. - В плане как их устранения, так и содействия исполинам, оказавшимся под их влиянием.
- Комплекс мер по нейтрализации факторов, сковывающих развитие исполинов, - ответил аналитик, ни на йоту не изменив свой тон, но пристально наблюдая за Тенью, - находится в стадии разработки.
- Каково место исполинов в структуре ангельского сообщества? - Этот вопрос Тень словно у меня с языка снял. Как и его продолжение: - Если таковое, конечно, имеется.
- Определение статуса исполинов, - дразняще медленно проговорил аналитик, - является частью программы по взаимодействию с ними. Как и упомянутый комплекс мер, и многое другое. Из чего, - поднял он руку, когда Тень снова рот открыл, - сейчас ведется формирование данной программы.
И это называется ответы на вопросы? Которые мы можем задать только один раз? Перед тем, как нас отсюда навсегда выставят? Я просто не могла больше молчать. Единственное, на что меня хватило - это соблюсти хоть какую-то вежливость. Я молча подняла руку, как отличница на уроке в школе.
Тень, казалось, вообще не заметил моего жеста - аналитик удостоил меня коротким, прохладным взглядом, который тут же вернулся к Тени. Неужели они самые элементарные вещи из своего земного прошлого не помнят? Я подняла руку повыше и потрясла ею, как отличница на уроке по любимому предмету в школе.
- Вы хотели что-то сказать? - снова воззрился на меня аналитик.
- У меня тоже есть вопрос, - уточнила я. - Один, - бросила я надувшемуся Тени, - но, возможно, он даст более подробные ответы на Ваши.
- Я слушаю Вас, - величаво кивнул мне аналитик.
- Сегодня наш последний день у вас? - не заставила я просить себя дважды.
Он снова кивнул - словно на прощание.
- И у вас был наш последний курс? - продолжила я.