Мы вместе наблюдали за приближающейся Татьяной. Когда она прошла, я глянул на телефон, на экране которого Игорь отчаянно размахивал руками. Я понял - и мы еще раз вместе наблюдали за Татьяной с другого места. И еще раз. И еще много раз.
А потом у меня телефон разрядился. Я подключил его к аккумулятору и, дождавшись возможности вызова, позвонил Игорю, сказав, что с такими сеансами у меня никаких зарядок не хватит.
- Какая она красивая! - только и ответил мне Игорь.
- Все, иди и помогай набирать, - скомандовал я ему, и, спохватившись, добавил: - Только институт не пропускай!
- Один день болеть неприлично! - расхохотался он, и отключился, пока я воздух в легкие набирал.
Следующие несколько дней показались мне бесконечными. Сидя на лекциях позади Татьяны, я в прямом смысле каждую минуту считал: во время ежедневных прогулок по лесу, к которым она вернулась - каждый пройденный метр. Игорю я больше не звонил, чтобы не отвлекать его. Он набрал меня сам. К счастью, когда мы в лесу были.
- Готово, - выдохнул он. - Передали Максу.
На радостях я устроил ему еще один показ его матери, бродящей по дорожкам с тем выражением светлой задумчивости на лице, от которого у меня всегда дыхание перехватывало. Показ, однако, оказался недолгим - перебегая к следующему дереву, я вдруг увидел на экране вызов от Стаса.
- Стас. Все. До связи, - сказал я Игорю, и переключился.
- Можешь забирать, - как всегда коротко бросил Стас, и я еще никогда в жизни не был так рад его немногословию.
Если бы в родных пенатах проводили соревнования по бегу, в тот день я бы точно установил рекорд. Мчась назад, однако, я решил установить еще один - в терпении. Очень не хотелось остаться единственным посвященным не во все детали нашей коллективной истории - особенно, в части Стаса. И отдышаться не мешало.
Пробегая глазами страницу за страницей, я делал мысленные зарубки в памяти. С Тошей - благородно повысить его до звания ответственного за контакты с наблюдателями. С Максом - подробно обсудить отдельные термины, которыми он моего сына наградил. С Анабель - скрупулезно составить список знакомств, которыми Игорь с Дариной во Франции обзавелись. Со Стасом - настойчиво выяснить, кто конкретно отдал ему приказ на разработку нашей аварии. С Мариной - вежливо поинтересоваться, как могла она, знающая Татьяну чуть ли не с детства, не понять, что та задумала...
Свою, последнюю главу я перечитывать не стал. У меня и так перед мысленным взором стояли огромные глаза Татьяны за секунду до того, как она руль вывернула. Ее глаза, полные отчаянной решимости, просьбы о прощении, как я сейчас понял, прощания на всякий случай - и надежды. Надежды на меня.
Эта картина и дала мне силы провести разговор с Татьяной в спокойном и выдержанном тоне. Она всегда на меня надеялась - и у нее всегда были для этого все основания. Я сыграю любую роль, лишь бы снова рядом с ней оказаться. Вон видео-оператором уже за ней по лесу бегал, усмехнулся я.
Она согласилась прочитать наши воспоминания. Вежливо и отстраненно, но согласилась. Чуть оживившись при моем упоминании людей, но и только. Я вглядывался в ее лицо в поисках хоть мельчайшего следа более личного интереса - она держалась по-ангельски приветливо, но невозмутимо. И я вдруг понял, что согласен даже на такое обезличенное общение. Если она все же не вспомнит.
Теперь оставалось только ждать.
К сожалению, все те же безликие они так не думали. Наверно, мой переход в видимость для разговора с Татьяной был все же зафиксирован.
Глава 7.4
На следующий день в голове у меня раздался уже почти забытый и оттого еще более отвратительно жизнерадостный голос оператора мысленной связи.
- Добрый день! Ваш руководитель приглашает Вас на встречу, - прощебетала она.
- Когда? - растерялся я от неожиданности.
- Через полчаса, - ответила она.
- Извините, а можно через пару дней? - спросил я без особой надежды. - Я еще ... думаю.
- К сожалению, время встречи не может быть изменено, - последовал ожидаемый ответ.
Я трижды проклял себя за потерю бдительности. Ну ладно, засекли они меня, но мог же не отвечать - пусть потом доказывают, что я вызов слышал. Теперь же делать было нечего. Не откликнуться на прямой вызов своего руководителя было немыслимо. Ладно, ничего, Татьяне все равно хоть пару дней нужно, чтобы все прочитать - успею.
Добравшись до административного здания, я, однако, засомневался в этом. Перед входом в него оказался пост. Настоящий пост с тремя внештатниками, надежно блокирующими дверь. Телефон! Я выключил его, решительно вспомнив все случаи, когда я перед лицом куда более серьезных оппонентов выкручивался. Эти на земле появляются только для того, чтобы собратьям руки заламывать и пред ясные очи вышестоящего начальства их доставлять.