— И этот подход меня смущает, — серьезно ответил мне он. — Искать вольнодумцев нужно, но не для подавления, а для использования их идей для развития. Вам так не кажется?
Я уклончиво ответила, что особого вольнодумия в себе не ощущаю, и добавила, что курс, который навел его на необычные размышления, уже нельзя назвать бесполезным.
Для меня же его ценность заключалась в тех записях, которые я скрупулезно вела уже два дня и несла сейчас к себе.
Подошло время звонить Стасу.
— Обещала докладывать, — проворчал он вместо приветствия.
— Сначала скажи, где Анатолий, — пропустила я его тон мимо ушей.
— Его перевели, — расплывчато ответил он. — А ты где была?
— Куда его перевели? — пропустила я мимо ушей и не столь важный сейчас вопрос.
— Татьяна, я не знаю, — сдался он. — И он, похоже, тоже. Судя по окрестностям, которые он мне оттранслировал, он точно не в здании. Возможно, на одном из заброшенных уровней.
— Где? — переспросила я в замешательстве.
— Выходы есть на нескольких уровнях, — объяснил он. — Еще с тех пор, когда мы с темными душа в душу жили. Потом контакты под контроль взяли, и на темных паранойя напала — забаррикадировались со всех сторон. В результате остался только мой уровень, для переговоров, и тот, где учебка.
— Но если их немного, — лихорадочно заработало мое воображение, — может, можно как-то…
— Справки наводить я не могу, — отрезал Стас, — и проверять тоже. Сразу же незарегистрированный канал связи расшифруют. Я с другой стороны зайти пытаюсь. Его уже допросили, и протоколы куда-то ушли. Но рассмотрения их не было — не пойму, чего они тянут.
— Шансы пересчитывают, — со злостью бросила я.
— Чего? — оторопел он.
То и дело сверяясь со своими записями, я пересказала ему все, что услышала за последние два дня. Время от времени у Стаса вырывались восклицания, которые раньше я не то, что от ангела — от человека не стерпела бы. Сейчас же они казались мне вполне уместными. Пока он не вызверился на меня.
— Говорил же я тебе! — взорвался он, как только я закончила. — У меня от вашей самодеятельности уже голова пухнет. Все же готово было — сейчас бы уже оба на земле были, под прикрытием!
— И что дальше? — автоматически вернулась я к старой привычке не поддаваться ангелам, чтобы совсем не заклевали. — Навечно под твое прикрытие заползти? И ждать там каждую минуту, что нас найдут? Нет уж, пока у него хоть малейший шанс есть, никуда мы бежать не будем. А вот если его… темным отдадут, тогда и меня с ним забирайте.
— Я уже боюсь, — глухо произнес Стас, — что его могут без огласки в расход отправить. Так, что он даже предупредить не успеет.
— Но темных же должны в известность поставить! — категорически отказалась я даже допускать такую возможность. — Значит, они мне об этом сообщат.
— Не понял, — медленно проговорил Стас.
— И не надо! — решительно заявила я. — Главное, что в крайнем случае они меня предупредят, а я тебя, а ты… А почему это он с тобой откровенничает, а мне — ни слова?
— Татьяна! — снова взревел Стас. — Он постоянно под наблюдением! А тебя, как видишь, саму проверяют! А если ты лицо не удержишь? Он даром, что ли, все на себя взял?
— Спасибо за доверие! — ядовито произнесла я. — Так ему и передай. И еще передай про малейший шанс. И еще, что последнего шанса не бывает, если дать себе труд запасным обзавестись. Все, пока, мне еще с темными беседовать.
— Стоять! Куда? Какой такой запасной шанс с темными? — сорвался он в хрип, но я уже отключилась.
Насчет беседы — это я приврала для красного словца. После последней встречи с Винни, или как там его, разговор с ним я свела к самому необходимому минимуму, чтобы он не поинтересовался моей почти — а может, и полностью — провалившейся попыткой маскировки.
Вот всю свою человеческую жизнь я слышала одни только шпильки в адрес темных, а Винни — в отличие от своих светлых хулителей — пришел в совершеннейший восторг от моей идеи дождаться полного оправдания моего ангела. Вот никогда бы я на земле не поверила, что только от темных и смогу одобрения и поддержки дождаться!
— Дорогая Татьяна! — зашелся Винни в восхищении. — Не сомневайтесь ни секунды — я буду держать Вас в курсе всех новостей! Но я уверен, что в следующий раз мы с Вами увидимся при самых благоприятных обстоятельствах. Настолько уверен, что уже подготовил Вам задачку, достойную Вашего блестящего ума.
Я даже растерялась — и в очередной раз выставила себя косноязычной невежей, скомкав разговор и даже не поблагодарив его как следует. Но главное было сделано — если ему нужен мой, какой бы он там ни был, ум, он получит его только при условии безопасности моего ангела.
Теперь оставалось только дождаться ее. И совершенно не обязательно в бездеятельности — мне вдруг пришло в голову, что вопрос Тени о возможности нашей стажировки в подразделении, ответственном за ангельские законы, звучит вполне убедительно.
В самом деле, с чего же начинаться углубленному изучению ангельской жизни, как не с правил, ее регламентирующих? Даже если нам их в программу вставить забыли, это можно исправить. Прямо в этом подразделении, чтобы ответа на нашу просьбу недолго ждать. Нужно у Стаса спросить, где оно расположено. Нет, лучше не сегодня. Он и так уже охрип, пусть отойдет, пока я у внештатников проверку на крепость нервов закончу.
На это мне понадобилось три дня. По числу подразделений, которые инструктор счел необходимым упомянуть в свете неблагонадежности.
И меня ничуть не удивило, что все они имели прямое отношение к земле. Он так и сказал: «Несовершенное человеческое общество оказывает пагубное влияние даже на самых закаленных ангельских эмиссаров». И добавил, что совершенно закономерно первыми в группе риска стоят сотрудники отдела хранителей, как и было показано на ранее приведенных примерах.
Следующими в списке оказались наблюдатели. Я навострила уши — и взяла в ежовые рукавицы все остальное, чтобы не выдать себя невольным движением. Тень же явно оживился, и мне пришлось пнуть его ногой под столом, чтобы не увлекался. Он глянул на меня озадаченно, я сделала круглые глаза — инструктор отнес наши переглядки на счет удивления.
Коротко объяснив причину создания отдела наблюдателей и его задачи, он сообщил, что, несмотря на строжайший запрет каких бы то ни было контактов на земле, часть наблюдателей подпали под влияние исполинов — на этом слове у меня ручка бумагу прорвала. Одни прямо по-человечески привязались к своим… объектам наблюдения, другие начали видеть в них угрозу ангельскому сообществу, но главное, что и те, и другие утратили абсолютно необходимую в их работе объективность.
Примеров такой утраты инструктор также привел предостаточно, и мне снова пришлось в самоконтроле упражняться — он их словно из списков контактов Игоря и Дары брал.
На вопрос Тени, входит ли в нашу расширенную программу этот отдел, инструктор ответил утвердительно. С легкой усмешкой. Я подумала, что если мой ангел до того момента не освободится, такое испытание выдержки я ему никогда не прощу.
— А вот этот курс будет, пожалуй, очень интересным, — насыпал мне соль на раны Тень по дороге из центрального офиса. — Вы так не думаете?
— Нет, я так не думаю, — я трудом произнесла я, представляя себе, какие шипы придется отрастить на моих ежовых рукавицах. — Что в нем может быть интересного?
— Я понимаю, что Вам будет трудно, — сочувственно отозвался он, — но мне кажется, что мы с Вами, зная истинное положение вещей, можем оказать огромную услугу всем исполинам.
— Не смейте употреблять это слово! — прошипела я.
— Почему? — Он даже остановился, удивленно глядя на меня. — Это блестящее название! Вы только вдумайтесь в его глубинный смысл, в его величие…
— Вот себя так и называйте, если хочется, — резко перебила я его. — А моего сына Игорем зовут.
— Извините, ради Бога! — тут же стушевался он. — Но Вы в свое время совершенно правильно решили, что по-настоящему помочь ему и… другим можно только здесь. Вот же он — Ваш шанс! Нам только что подтвердили случаи предвзятого отношения наблюдателей, и если во время стажировки у них мы сможем доказать, что это — не отдельные случаи, а целенаправленная политика всего отдела…
Иголки на моих воображаемых рукавицах начали весьма заманчиво съеживаться. Ну вот — нужно только правильную цель поставить, и тогда можно все, что угодно, вынести. А мне нужно не просто пережить это испытание, а еще и в хорошей форме остаться. Чтобы сил хватило моего ангела придушить после него.
Забрезживший план действий и оставшуюся болтовню инструктора сделал вполне сносной. Последние два дня он посвятил целителям и подразделению Стаса. Вернее, целителям было отведено не более нескольких часов, с указанием на их чрезмерную увлеченность научной стороной проводимых на людях манипуляций.
После чего он взялся за Стаса и — впервые за все это время — не просто оживился, а прямо весь наэлектризовался. По его словам, служба внешней охраны набирает себе сотрудников, исходя исключительно из наличия у кандидатов скрытых пороков. Которым те затем и предаются на земле, внося свой преступный вклад в прогрессирующую деградацию человеческого общества. И создавая таким образом почву для своих последующих рейдов в него. И пользуясь вопиющей безнаказанностью из-за своих заслуг в охоте на темных.
Из Тени опять посыпались вопросы — о том, что представляют из себя темные, каковы их особенности и будет ли у нас возможность ознакомиться с принципами их работы. В ответ из и так уже искрящегося электричеством инструктора на него посыпались молнии.