Томительная пауза неприлично затягивалась. Я окончательно онемела, не в силах оторвать взгляда от этой женщины и ее малыша, чьи жизни могла бы легко разрушить, если бы только захотела. И лишь теперь, оказавшись перед открытой дверью этого дома, я наконец поняла, что приехала сюда не только для того, чтобы повидаться с Томом. У меня был и другой, скрытый, план: я намеревалась разрушить счастье, наконец-то обретенное моим отцом. Но все гадкие и злые слова, позорящие моего отца, которые я собиралась выкрикнуть ей в лицо, застряли у меня в горле, и я с огромным трудом выдавила из себя лишь свое имя.
— Хевен? — с восторгом переспросила она. — Так ты и есть Хевен? Та самая Хевен, о которой мне столько рассказывал Том? Боже мой, как я рада лично с тобой познакомиться! Проходи, проходи же в дом!
Она распахнула настежь стеклянную дверь, усадила мальчика на кушетку и одернула кофточку, бросив взгляд на свое отражение в зеркале. Том наверняка забыл предупредить ее, что я буду в одиннадцать часов, а я сама и вовсе выпустила эту женщину из внимания, строя собственные планы.
— Тома с отцом срочно вызвали на работу, там что-то случилось, — виновато улыбнулась она, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что в комнате, куда мы перешли из большой прихожей, — полный порядок. — Сегодня утром мне показалось, что Том хочет что-то сообщить с глазу на глаз, — продолжала она. — Но отец все время торопил его, и он так и не успел мне ничего сказать. Теперь я понимаю, он хотел предупредить о твоем приезде.
Говоря все это, женщина сложила в стопку иллюстрированные журналы на столике и быстро свернула газету, которую, видимо, читала, когда я позвонила в дверь.
— Присаживайся, пожалуйста! Чувствуй себя здесь как дома, Хевен. Может быть, хочешь чего-нибудь освежающего? Я как раз собиралась готовить обед для нас с Дрейком, так что прошу тебя остаться. На улице сегодня невыносимая жара, а у нас прохладно.
— Я бы не отказалась от кока-колы, — сказала я, ощущая невероятную жажду от волнения. Почему Том не дождался меня? Что случилось? Кажется, и здесь мои родственнички не горят желанием видеть меня, словно бы только мне одной это нужно!
Вскоре хозяйка дома вернулась из кухни с двумя бутылками кока-колы в руках. Маленький мальчик застенчиво смотрел на меня своими огромными карими глазами, обрамленными длинными черными ресницами. Да, именно о таком сыночке и мечтала несчастная Сара, но ее пятый ребенок родился мертвым уродцем.
Бедная Сара! Где-то она теперь, чем занимается, подумала я в который раз.
Я сняла свой пиджак, в котором совсем взмокла, проклиная себя за свою глупую претенциозность.
Стейси Кастил мило улыбнулась мне и сказала:
— Ты действительно такая красивая, Хевен, как мне говорил уже много раз Том. Тебе повезло с братом, он боготворит тебя. Я всегда мечтала иметь братьев и сестер, но мои родители считали, что одного ребенка вполне достаточно. Они живут здесь же, в двух кварталах от нас, так что мы с ними частенько видимся. Моя мама любит приглядывать за малышом, а папа нередко рыбачит вместе с вашим дедушкой. Они и сейчас вдвоем сидят с удочками на соседнем озере.
Дедушка! А ведь я совершенно забыла о нем!
Стейси между тем продолжала говорить, словно бы истосковавшись по благодарному слушателю, с которым можно поболтать о семейных делах.
— Люк хотел бы, чтобы мы перебрались жить во Флориду, поближе к его работе, но я не могу оставить своих стариков одних. К тому же они так привязались к Дрейку!
Она сидела напротив меня и поила своего милого мальчугана, но тот был так увлечен, рассматривая меня, что с трудом мог сделать даже маленький глоток.
— Это твоя сводная сестра Хевен, — сказала Стейси. — Ей так подходит ее имя: ведь она такая молодая и красивая!
Младший сын нашего папаши поморгал своими огромными темными глазками, размышляя, насколько мне можно довериться, и на всякий случай спрятался за мамочку. Почувствовав себя в полной безопасности, малыш выглянул из-за нее и вновь уставился на меня, засунув большой палец ручонки в рот. Точно так же прятался когда-то за меня и маленький Кейт — у его матери, Сары, никогда не оставалось времени возиться с детьми. Исключение она делала только для Нашей Джейн, своей младшей дочки.
Я наклонилась к малышу:
— Привет, Дрейк! Твой дядя Том рассказывал мне о тебе. Я слышала, что ты обожаешь поезда, пароходы и самолеты. Я непременно пришлю тебе в подарок большущую коробку игрушечных поездов, корабликов и самолетиков. — Я с некоторой неуверенностью покосилась на Стейси и пояснила: — Дело в том, что семья Таттертон, в которой я теперь живу, прославилась своими замечательными игрушками. Таких, какие продаются в их магазине, больше нигде не найти. Как только я вернусь домой, тотчас же пошлю для Дрейка все самые интересные игрушки. Они ему наверняка понравятся.