– Но, с другой стороны, Древние и Аид создавали живых существ только для того, чтобы отправить на бойню, – возразила Изабелла, – да и Зевс этим тоже отличился.
– Это уже вопрос этики, – сказала Арабелла, – создавая живое, творец приобретает и огромную ответственность, которую далеко не каждый вынесет. Те, кто это осознал, лучше обращаются с новой жизнью, чем Древние, Аид или Зевс. И поэтому я сделала вас людьми, а не неразумными тварями.
– А как же Стиратели? – спросил Эрнст, – ты же их тоже создала.
– Стиратели – не более чем машины, – ответила Левски, – их биологические компоненты всецело подчинены механике. И у них нет разума. Это делает их более ограниченными, чем ангелов и демонов, но при этом их использование этически оправдано.
– А почему ты тогда нас наделила разумом и чувствами? – спросила Изабелла, – можно было создать Стирателей с фиолетовой магией.
Арабелла призадумалась.
– Это было бы невозможно – их тела бы не выдержали такую силу, – пожала она плечами, – а на самом деле… я хотела подарить вам настоящую жизнь, а не участь рабов. Можно сказать, что пока я работала над вашим кодом, я вас полюбила. Как может полюбить старая женщина, у которой никогда не было и не будет детей, – в её глазах появилась такая печаль, какая могла быть только у существа, прожившего очень долго.
В храме повисло неловкое молчание. Его нарушил только Эрнст:
– Арабелла, почему ты нам всё это рассказываешь?
– Я рассказала вам правду, потому что предыдущие Брат и Сестра узнали её не так, как я рассчитывала, и не стали мне доверять, – тяжело произнесла Левски, – сейчас я хочу исправить свои прежние ошибки.
– А что это за ошибки? – поинтересовалась Сестра.
– Это неважно, – сухо сказала Арабелла.
Сестре не понравилось, что Левски от них что-то скрыла. Но если Арабелла не хотела повторения чего-то ужасного, то у неё могли быть свои причины о чём-то умолчать.
– Извини, Арабелла, – сказала Изабелла, – Мы доверяем тебе.
– Ничего страшного, – ответила первая королева Катценхаузена, – Я рада, что вы мне доверяете. Доверие я ценю превыше всего.
– А если мы обладаем силой Древних, то не вырастут ли у нас щупальца… или что-то вроде того? – полюбопытствовал Эрнст, вспоминая космического монстра, которого одолели Боги. Вдруг в жилах Брата течёт именно сила того осьминога?
– Не вырастут, – утешила его Арабелла, – вы ведь владеете фиолетовой силой, а в остальном – обычные люди.
– И состаримся и умрём как люди? – поинтересовалась Изабелла.
– Да, – сказала Левски более мрачным тоном, – только оба умрёте в один день, потому что энергия Поля стихнет.
– Мы помним это из твоих рассказов, тётя Инес, – ответила Изабелла.
– Ну вот, – разочарованно протянул Эрнст, – а ты могла бы добавить нам ген долголетия. Чтобы мы были как эльфы или Боги.
От этих слов все засмеялись.
– Боюсь, результат был бы непредсказуем, – объяснила Арабелла.
– Ну ладно, что поделать, – сказал Брат.
– Нам уже пора вернуться, – подытожила Левски, – долго находиться здесь опасно – вдруг демоны нас найдут.
– То есть, это не симуляция Люциуса? – спросила Сестра.
– Нет, – покачала головой Арабелла, – я решила, что вы должны сами побывать в Храме Камней – там, откуда произошла ваша сила.
– Спасибо, – сказала ей Изабелла, – за всё.
После разговора с Арабеллой Брат и Сестра вернулись в свою комнату. В настенных светильниках и хрустальном шаре мелькали их отражения. За окном голографические чайки кружили над иллюзорным Озером Писателей.
– Тебе понравилась правда? – спросил Эрнст.
Изабелла хмыкнула.
– Сложно сказать, – произнесла она, – с одной стороны, трудно осознать себя существом, выращенным в пробирке и к тому же обладающим силой Древних. С другой, я не держу зла на Арабеллу. Потому что она честная.
– Да, Арабелла была с нами предельно искренней, – признал Брат, – я ценю это в людях.
– И я. Надоели вруны, которые говорят приятную ложь, чтобы меня использовать. Как Катрин.