– Джина, я не хочу, чтобы ты уходила. Я люблю тебя.
– Должна сказать, ты выбрал очень забавный способ доказать мне это.
Мэтью сел на кровать, опустил голову и заплакал.
– О Боже, знаю, я виноват. Пожалуйста, не уходи от меня, ты нужна мне.
Она пыталась не слушать его всхлипывания, напоминая себе, что Мэтью очень талантливый актер.
– Пожалуйста, Джина, я знаю, что ты должна сейчас испытывать…
– Нет, не знаешь, Мэтью.
– О'кей, не знаю, но дай мне шанс все объяснить.
– Не надо ничего объяснять, – Джина закрыла чемодан.
– Паула охотилась за мной с той самой минуты, когда пришла к нам работать. Она не оставляла меня в покое. Знаю, я слабый мужчина, но у нас с ней все кончено. Она живет с другим мужчиной, черт подери. Я не люблю ее. Мне даже не доставляет удовольствия заниматься с ней любовью.
Джина вздрогнула и ушла в гостиную. Мэтью направился следом.
– Я люблю тебя, Джина. Пожалуйста, дай мне шанс все исправить. Обещаю, такого больше никогда не повторится. Сегодня утром я сказал Пауле, что все кончено. Я буду приходить домой очень рано и больше не дам тебе повода волноваться, только, пожалуйста, не уходи.
Когда он выкрикнул эти слова, все чувства, угнетавшие ее, вышли из-под контроля, Джина больше не могла сдерживать себя. Она села на диван и заплакала.
– Мэтью, как ты мог?
Он покачал головой и сел рядом с ней.
– Не знаю.
– Именно с ней, когда полно других женщин.
Мэтью осторожно обнял ее одной рукой.
– Пожалуйста, любимая, дай мне еще один шанс. Клянусь, этого больше не повторится. Я не смогу работать без тебя.
– Мэтью, сделай мне одолжение. Скажи мне правду. Когда это все началось?
Мэтью вздохнул.
– Хорошо. Надеюсь, нам больше не придется говорить на эту тему. Я начал встречаться с ней вскоре после того, как она пришла к нам в студию, но, клянусь, я не спал с ней.
– Так, когда же это началось?
– Когда ты была в Чичестере. Мне было так одиноко, Джина, и трудно. Паула это поняла, потому что работала вместе со мной. Ты не представляешь себе, что такое работать по такому графику. Двадцать минут мы репетируем сцену, затем снимаем ее. Ошибки – это деньги, и мы не могли позволить себе ошибаться.
Джина покачала головой.
– Я понимаю, тебе было трудно, но ради всего святого, прекрати извиняться. Ты, наверное, только и ждал момента, когда я не буду вам мешать, чтобы сразу прыгнуть с Паулой в постель.
– Я же говорил тебе, дорогая, когда мы познакомились, что Паула хороша в постели. А у нас с тобой столько проблем. Я не пытаюсь оправдаться, но ведь это факт.
– Когда я вернулась из Чичестера, ты все еще продолжал встречаться с ней?
– Нет. Я чувствовал себя виноватым, а Паула продолжала настаивать на продолжении наших отношений. Я понял, что очень соскучился по тебе и сказал ей, что все закончено.
– Так почему же я застала вас вместе в постели?
– Джина, ты можешь не верить мне, но прошлой ночью это было в первый раз с тех пор, как мы расстались месяц назад.
– Ты прав, я не верю тебе.
– Клянусь, это правда. В воскресенье вечером все участники фильма собрались на рождественскую вечеринку. Одно повлекло за собой другое. Боже, прости меня. Мне кажется, я не переживу, если ты оставишь меня. Я так испугался сегодня утром, что ты можешь больше не вернуться. Это заставило меня понять, как сильно я люблю тебя. Пожалуйста, дай мне еще один шанс, Джина. Клянусь, я буду примерным мужем. Это, действительно, было для меня хорошим уроком.
Джина встала.
– Джина, ты уходишь? Пожалуйста, не уходи! – закричал Мэтью.
Она пыталась собраться с мыслями. По крайней мере, узнав правду, она почувствовала себя лучше. Ей также вспомнилось, что и она вела себя не лучшим образом прошлой ночью.
Джина повернулась к Мэтью:
– Хорошо, я останусь. Надеюсь, ты сможешь спать в этой комнате, пока я не разрешу тебе вернуться в спальню.
Мэтью почувствовал облегчение.
– Хорошо, хорошо, – бормотал он. – Послушай, как ты смотришь, чтобы уехать куда-нибудь на Рождество? У моего друга из студии, Джона, есть небольшой домик за городом, где-то в Норфолке. Он говорил, что я могу приехать туда на рождественскую неделю. Мне кажется, мы можем провести там какое-то время вдвоем, второй медовый месяц. Что ты думаешь? – воодушевленно спросил Мэтью.
Джина неохотно повернулась к нему.
– Давай подождем. Я не знаю, как буду себя чувствовать к тому времени, так что посмотрим. Извини меня, я пойду приму ванну.
Джина вышла из комнаты, надеясь, что ей удалось не уронить свою гордость.
Следующие несколько дней Мэтью вел себя изумительно. Он каждый вечер приносил домой цветы или конфеты, помогал Джине по дому, с интересом расспрашивал ее о предстоящих пробах и клял режиссера последними словами, когда она не получила роль. Он каждую ночь беспрекословно уходил спать на диван.