Джина рассматривала его в неярком освещении зала. Он выглядел очень красивым в дорогом темно-синем блейзере. От своего отца он унаследовал классический профиль, у него были такие же сверкающие глаза, как у его матери и Бетины.
После обеда они направились в «Ронни Скоте» послушать джаз. Позже он отвез ее домой. Выходя из «Порше», Джина несмело предложила:
– Джерри, я думаю, если я получу эту награду, может быть, ты приедешь ко мне в воскресенье на ланч? – она почувствовала, что начинает краснеть.
Лицо Джерарда просияло.
– Джина, с удовольствием. В какое время?
– Около трех.
– Замечательно, встретимся в воскресенье. Спокойной ночи.
Джина помахала ему рукой и исчезла в здании. Джерард посмотрел ей вслед. «Да», сказал он и завел машину. Включил погромче музыку и начал подпевать. Его терпение было вознаграждено.
Он еще сомневался, когда каждый вечер проводил с ней вдвоем, нежно целовал ее в щеку перед уходом и, возвращаясь домой, засыпал один, мечтая о ней. Джерард не знал, когда он сможет страстно взять ее и почувствовать ее прекрасное тело рядом с собой.
Но он понял, что должен ждать, пока она сделает первый шаг. И она сделала.
Глава 43
Карьера Фрэнки стремительно шла в гору. Но настроение – нет. Джун отказалась ехать с ней на получение премии за последний фильм «Шок». Она извинилась и сказала, что если их увидят вместе, это погубит их.
– Дерьмо! – обругала ее Фрэнки. – Ты просто не хочешь, чтобы любовничек знал о нас.
Джун не спорила. Она спокойно сказала Фрэнки, что та параноик, и она возвращается к себе в квартиру, пока Фрэнки не станет более разумной.
Джун всегда заставляла ее чувствовать себя испорченным ребенком. Она вытерла слезы, надела брючный костюм и поехала в город. У подъезда гостиницы она отдала ключи от «Мерседеса» дежурному, чтобы он поставил машину на стоянку, а сама вошла в «Ма Мезон». Она увидела, что отец уже сидит за столом и дожидается ее.
– Привет, дорогая, – Даниэль встал и поцеловал ее. – Ты будешь пить?
– Конечно. Большую порцию водки со льдом, пожалуйста, – Фрэнки села и сняла солнечные очки.
Даниэль заметил ее покрасневшие глаза.
– Фрэнки, что-нибудь случилось?
– Нет, все прекрасно, папа, просто немного устала после недели съемок, наверное.
– Почему ты не хочешь отдохнуть? Тебе было бы очень полезно уехать.
– Возможно, – мысль о том, чтобы оставить Джун, была непереносима.
– Когда ты переезжаешь в новый дом? Надеюсь, скоро?
– Да, в конце следующей недели, когда уедут оформители.
Фрэнки, воодушевленная своим агентом, решила часть денег вложить в покупку дома. Они с Джун посетили множество частных домов и нашли один, под названием «Вилла Орхидей» – у последнего владельца была теплица с орхидеями. По голливудским стандартам вилла была не очень большой – четыре спальни, две ванных комнаты, но зато был большой бассейн и место было укромным, с прекрасным видом.
Самое главное, что дом очень понравился Джун. Они часами обсуждали декор, и работы были уже почти закончены. Но вдруг, неделю назад, Джун объявила, что не переедет в «Виллу Орхидей».
– Какого черта, Джун? Почему нет?
– Это значит, что мне придется ехать десять с лишним миль до студии. Ты же знаешь, какое ужасное движение в эти дни на дорогах. Я пока останусь в своей квартире на Милхолланд Драйв.
С Фрэнки чуть не случился удар. Могла быть только одна причина, почему Джун изменила свое решение. Она изводила себя мыслями, что сплетни, носившиеся по Голливуду, были правдой. Они появились три месяца назад, когда Джун начала работать над новым фильмом. Кто-то на вечеринке заметил, что режиссер Нигел Фостер крутит роман с одной из гримеров. Говоривший не знал ее имени, но когда он описал ее внешность, Фрэнки сразу поняла, что это Джун.
Фрэнки всегда предполагала, что Джун в молодости вышла замуж. Она спала с мужчинами точно так же, как и с женщинами, и была бисексуальной. С Фрэнки такого никогда не случалось, и ей трудно было понять Джун. Она решила выяснить правду.
– Я ничего не понимаю, Джун. Ты же с самого начала знала, что это дальше от студии, чем твоя квартира.
Фрэнки увидела на лице Джун только злость.
– Я не верила, что ты собираешь сплетни! Ты, Фрэнки, именно ты, у которой отец каждую ночь проводит в постели с разными женщинами.
– Но почему ты так неожиданно изменила свое решение?
– Я говорила тебе. Пока я работаю над фильмом, хочу быть поближе к студии.
– Я достану машину, чтобы она каждое утро заезжала за тобой.
Джун покачала головой и выложила на стол красный перец.
– Нет, Фрэнки, я приеду, когда смогу, но сейчас останусь здесь.