Джерард достал из кармана пиджака маленькую коробочку. Он открыл ее, внутри оказалось кольцо с переливающимся сапфиром и маленькими бриллиантами. Он взял ее левую руку и надел кольцо на четвертый палец.
– Джина, пожалуйста, скажи что-нибудь.
Джина смотрела на небо, вспоминая Мэтью и думая, видит ли он ее сейчас. Потом она подумала, как хорошо иметь рядом человека, который всегда будет тебя любить. Человека, который даст тебе безопасность и уют, которых так мало было в ее жизни.
– Любимая, если тебя беспокоит твоя карьера, можешь не волноваться. Нет никакой причины бросать работу, пока я работаю в Лондоне, а Па здесь играет роль воспитанного лорда.
– Да, Джерард, я согласна выйти за тебя замуж.
Он обхватил ее руками и поднял.
– С Рождеством тебя, моя любовь.
– С Рождеством тебя, Джерард.
– Пойдем, я хочу ошеломить этой хорошей новостью всех до их ухода.
Глава 46
Это Рождество в Лонгдейл Холле Джина будет вспоминать всю свою жизнь. Оно было сказочным.
Когда часы пробили полночь, Джерард попросил тишины и объявил всем о помолвке. Раздались громкие возгласы и аплодисменты, все окружили их.
– Джина, я была права, – Бетина крепко обняла свою подругу. – Поздравляю и, добро пожаловать в нашу семью.
Джина краем глаза заметила, что лорд Лонгдейл что-то говорит сыну. Ее сердце заколотилось, когда она вспомнила, что случилось с Бетиной, пытающейся выйти замуж за человека, не подходящего для этой семьи. Лорд Лонгдейл повернулся к ней. Она с трепетом смотрела на его торжественное лицо.
– Джина, кажется, я остался здесь единственным мужчиной, который еще до сих пор не поцеловал невесту моего сына… – он взял ее за руки и поцеловал. – Сегодня днем Джерард сказал мне, что собирается сделать тебе предложение, я дал ему свое благословение. Мне кажется, из вас получится прекрасная леди Лонгдейл. Я сказал ему, что это очень напоминает мне историю с Рейнером и Грейс Келли.
Он засмеялся, и Джина немного расслабилась.
Конечно, здесь не Монако, и далеко не самое теплое место в мире, но нам нравится. Очень рад, что ты войдешь в нашу семью, Джина.
– Спасибо, лорд Лонгдейл, я…
– Зови меня Вильям, – он улыбнулся.
– Спасибо, Вильям, – Джина покраснела от смущения. – Обещаю сделать все, чтобы Джерард был счастлив.
– Это как раз то, что нужно. Думаю, мой сын начинает меня ревновать, так что желаю тебе счастливого Рождества. Встретимся завтра утром в церкви.
– О, это так романтично, – Хенри подошла к Джерарду и поцеловала его и Джину. – Надеюсь, вы будете чрезвычайно счастливы вместе.
– Спасибо, Ма. Уверен, будем. Правда, Джина?
– Да, Джерард, – ответила она с улыбкой.
Позже Джерард прокрался к ней в комнату через соседнюю дверь, и они занимались любовью.
– Я так счастлив, дорогая. Я готовился к сегодняшнему вечеру целую вечность, – он поцеловал ее и украдкой вернулся в свою комнату.
Джина не могла заснуть. Она все время размышляла, почему их брак с Джерардом был полностью одобрен этой семьей, а Бетине запретили выходить замуж за Марка. Это показалось ей лицемерием, и она почувствовала себя неуютно. В конце концов, Марк не должен был унаследовать титул, который получила бы Бетина. Наверно то, что произошло с Золушкой, очень редко происходит с мужчинами. Она удивилась, почему так происходит в мире, стремящемуся к равенству.
Рано утром Джерард разбудил Джину, и они опять любили друг другу. Затем поехали в церковь, где сидели на передней скамье, а после окончания службы, рука об руку вышли из церкви. Джина спросила, знает ли Джерард, что она католичка.
– Конечно, – ответил он, помогая ей сесть в «Порше». – Я расспросил Бетину, чтобы убедиться, что ты не член какой-нибудь странной секты, разрешающей иметь пять мужей сразу. Если хочешь, чтобы на церемонии присутствовал католический священник, я думаю, это легко можно будет организовать.
– Мне кажется, ты уже обо всем подумал, дорогой.
– Банковская служба научила меня тщательно подходить ко всему, – Джерард улыбнулся.
Когда все вернулись в Лонгдейл Холл, в гостиной уже ждали подарки и подогретое вино. Джина даже смутилась, когда каждый член семьи сделал ей подарок. Она открыла сверток от Джерарда, и нашла золотую подвеску с выгравированными на ней изящными буквами: «Д, Я Т Л, Д».
В час к ланчу приехала Камилла со своей семьей.
– Я не смогла поздравить вас вчера вечером. Надеюсь, вы будете счастливы, – голос Камиллы звучал без энтузиазма.